Россия и Франция. От Петра Великого до Ленина
- Автор: д’Анкосс Элен Каррер
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Литагент Политическая энциклопедия
- ISBN: 978-5-8243-2435-8
- Переводчик: О. А. Чувирова
- Жанр: История
Электронная книга - «Россия и Франция. От Петра Великого до Ленина». Краткое содержание книги:
Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся историей России и международных отношений, в частности русско-французских.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Русские войска шли к Неману. Тут-то и проявились противоречия в политике Франции. Граф де Брольи, пребывавший в отпуске, вернулся на свой пост 1 июля 1757 года, прямо к началу войны. Перед его отъездом король дал ему поручение защищать интересы Польши и в случае их конфликта с интересами России отдавать им приоритет. Такие указания мало соответствовали условиям франко-русского союза и роли, отводящейся России в этой войне. Они также противоречили инструкциям, которые посол получил от своего министра Берни. Наглядный пример работы «Королевского секрета» и двойной дипломатии. Брольи, который сам в душе враждебно относился к России, решил следовать приказам короля. Его посольство превратилось в место встреч для всех поляков, которые жаловались на поведение русских, допускаемые ими эксцессы; Брольи даже поощрял жалобы, передавал их королю и направлял в Петербург угрожающие ноты. Осознавая недовольство, подогреваемое послом, и опасаясь возмущений, русские войска действовали с крайней осторожностью и выжидательностью, что позволило пруссакам укрепиться. Двойственность французской дипломатии стала, таким образом, очевидна для всех. Брольи не довольствовался объединением недовольных, он готовил польскую шляхту к смене короля, мобилизуя ее против предполагаемого русского кандидата и предлагая кандидата, поддерживаемого Францией. Хотя война, по сути, была общей для Франции и России, противоречия французской дипломатии ослабляли их союз.
Информированный о поведении своего посла, Берни призвал его к порядку, на что Брольи пожаловался королю, который, однако, воздержался от всякого вмешательства. И Брольи продолжил свои антирусские игры, в частности, добившись отзыва Понятовского в Польшу, повлекшего за собой серьезные последствия. Потрясенная этим Екатерина ополчилась против Франции. Она сблизилась с Бестужевым, и вместе они, не довольствуясь идеями Апраксина не спешить со вступлением в военные действия, вскоре сподвигли его к их прекращению.
Двигаясь в направлении Восточной Пруссии, Апраксин в итоге встретился с пруссаками. Он взял Мемель, но сражение при Гросс-Егерсдорфе, в прямом столкновении с прусской армией, оказалось для него очень трудным, его спасло только прибытие ему на помощь полка гренадеров. Ему открывалась дорога на Кёнигсберг. Однако он остановился, а затем отступил. И русская армия без всякой видимой причины оставила поле боевых действий. Впрочем, решение Апраксина имело объяснение: говорили, будто императрица при смерти, и он думал, что настало время смены власти. Но императрица в очередной раз опровергла мрачные прогнозы и покарала виновного. Апраксин предстал перед военным трибуналом и был осужден за предательство, но очень вовремя умер. Бестужева, стоявшего, по мнению императрицы, в центре заговора, сместили, осудили за оскорбление императрицы и приговорили к ссылке в Сибирь. Просмотр бумаг Апраксина позволил императрице узнать множество фактов о его связях с великой княжной Екатериной, и это не улучшило отношений между двумя женщинами. «Воскресшая» императрица взяла военную ситуацию в свои руки. Она назначила на смену Апраксину искусного главнокомандующего Виллима Фермора, который незадолго до этого отличился в битве при Мемеле и приказал занять Восточную Пруссию, где в ходе отступления по приказу Апраксина жестокости и грабежи русской армии превзошли все ужасы, какие только могло себе представить мирное население. Фермор привел войска в боевую готовность, взял Кёнигсберг, затем двинулся к Бранденбургу, и летом 1758 года казалось, что Берлин – в пределах досягаемости русской армии. Но Пруссия еще не была побеждена. Перспектива потери своей столицы придала ей энергии, да и Фридрих II оставался великим, никем не превзойденным стратегом. Русские и пруссаки сошлись 25 августа в битве при Цорндорфе. Несмотря на численное превосходство над пруссаками, русские проиграли сражение с очень значительными потерями. Окрыленный этой победой Фридрих II победил французов в Россбахе, а месяц спустя австрийцев в Лейтене. Однако его враги тоже еще не проиграли окончательно.