Хозяин Москвы

Мы с Марией устроили вечеринку. Это была её идея. Что мы всё вдвоём, как будто прячемся от кого-то? Давай пригласим гостей, повеселимся…

Решили у меня. У меня места больше. И вот я пригласил своих друзей, она своих. Я даже батюшку позвал, хотел устроить такой акт примирения и узаконить наши с Машей отношения. Я, конечно, не думал, что он придёт. Даже надеялся, что нет. Но он пришёл, огромный, важный, бородатый. Я боялся, он прямо с порога начнёт в своей обычной манере говорить со мной и опозорит перед людьми, но он был вежлив и сдержан.

Заказали официантов из ресторана, столы, посуду, еду, напитки. Много цветов. Надежде я дал выходной – она уехала к внучке в Улан Удэ.

Мария была похожа сегодня на жену президента США. Сделала такую же причёску, платье в стиле, даже украшения. Это, конечно, всем бросилось в глаза. Не знаю, зачем, это меня немного напрягло, среди гостей ведь были и яростные патриоты. Но она была прекрасна, как роза. Она ходила от гостя к гостю, со всеми общалась, улыбалась, и всякого выслушивала с выражением лёгкого изумления и восторга на лице, из-за чего казалось, что она считает его придурком.

Я же стоял со своим приятелем, он пил виски, я вино, и спорил о народе. Его позиция была мне чужда – он считал, что девяносто девять процентов народа – быдло, которым следует управлять, потому что само оно не в состоянии с собой справится, в силу преобладающих аффектов над разумом. Демократия – смеялся он – да это же профанация! Нигде её нет, ни в США, ни в Европе. Это обман и подачка – народ думает, что принимает решения, а по факту решения принимают за него. И это хорошо, в противном случае был бы хаос, любое государство обречено! И вот с этим я был не согласен.

Он пришёл одетый по-рабочему, в рясе, клобуке и с крестом. Так что непосвящённым было и не понять – кто он, служитель церкви или сотрудник федеральной безопасности. Хотя есть ли разница? В наше время это одно и то же.

– А как же демократия в Афинах в Древней Греции? Принципы правового государства? Свобода слова? – громко возражал я.

– В Афинах была рабовладельческая демократия, не забывай, – спокойно возразил он. – И что значит правовое государство? А у нас какое? Всё по закону. Свобода слова? – ну, пожалуйста, есть Интернет, кто мешает?

– А гражданское общество?

– И вот опять, заметь, ты отсылаешь к разумному большинству, которое является мифом. Большинство – это роботы… Запрограммированные роботы, управляемые дистанционно. Увы это так. Это проявляется во всем. Ну посмотри какие фильмы, книги, бытовые товары, даже идеи популярны? Как правило те, которые хорошо разрекламированы и грамотно поданы маркетологами, политтехнологами и другими специалистами по человеческой психологии. То есть абсолютное большинство людей программируемо, и не имеет своего мнения, не способно относиться критично к тому, чем его кормят. То есть способно – но эта способность управляема. Все эти синие, красные, черные – роботы. Просто роботы. Причём примитивные, я не сравниваю их с искусственным интеллектом на основе сложной самообучающейся нейронной сети. Люди проще. И есть лишь немногие – избранные, кто в состоянии иметь своё мнение. И это мы – розовые, небесные, жёлтые, зелёные… Для меня это и есть важнейший критерий отличия светлых от тёмных. И он работает, понимаешь? Вся история культуры говорит о том, что это работает. Есть масса и избранные. И ты ошибаешься, думая, что в тех же США решения принимает масса. Ничего она не принимает. Она делает ограниченный псевдовыбор из кандидатов, уже запрограммированных в коллективное сознание. Пропаганда и формирование мнения – вот и вся демократия.