100 великих деятелей тайных обществ

Вступивший на русский престол в конце 1796 года император Павел стал реформировать русскую армию на прусский манер. Главное внимание уделялось отработке до автоматизма различных военных приемов (муштре). Суворов выступил противником этой реформы и 6 февраля 1797 года был уволен в отставку и в конце марта прибыл в своё имение Губерния у Кобрина. Вскоре генерал-лейтенант Михаил Петрович Румянцев (1751–1811) донес, что Суворов будто бы готовит бунт, и полководца выслали в другое его имение Кончанское (Боровичский уезд Новгородской губернии), подальше от границы. Здесь его поместили под надзор боровицкого городничего Алексея Львовича Вындомского.

В феврале 1798 года опала была снята, но Суворов, обиженный на Павла, предпочел остаться в Кончанском. Но 6 февраля 1799 года в Кончанское приехал флигель-адъютант Толбухин и привёз Суворову письмо императора: «Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться. Виноватого Бог простит. Римский император требует вас в начальники своей армии и вручает вам судьбу Австрии и Италии…» Во главе русско-австрийских войск Суворов нанес французской армии, в тот момент сильнейшей в Европе, поражения в битвах при Аде, Требии и Нови и за апрель – август 1799 года освободил от французов почти всю Северную Италию. За это он был возведён с нисходящим его потомством в княжеское Российской империи достоинство с титулом князя Италийского, и повелено ему было именоваться впредь князем Италийским и графом Суворовым-Рымникским.

Войска Суворова были отправлены в Швейцарию. Вместе с уже действовавшими там русским и австрийским корпусами он собирался разбить там французские войска, а затем вторгнуться во Францию. Но французы успели разбить русский корпус Александра Римского-Корсакова и австрийский корпус Фридриха фон Готце еще до того, как войска Суворова могли начать с ними взаимодействовать. Суворов оказался в сложном положении перед превосходящими силами неприятеля, но смог с честью из него выйти и вернуться в Австрию, хотя и потерял около трети армии. В октябре 1799 года он был произведен в генералиссимусы российских сухопутных войск. Вскоре Павел разорвал союз с Австрией и приказал армии Суворова вернуться в Россию. В дороге Суворов заболел. Когда выяснилось, что в Итальянском и Швейцарском походах Суворов держал при себе дежурного генерала, что полагалось иметь только монарху, Павел разгневался на полководца. Когда Суворов прибыл в Петербург, император отказался его принять. Вскоре, 6 (18) мая 1800 года, Александр Васильевич скончался и был похоронен в нижней Благовещенской церкви Александро-Невской лавры.

Король Франции Людовик XVIII, лично знавший Суворова еще будучи графом Прованским и графом де Лилле, в период эмиграции, так характеризовал его: «Этот полудикий герой соединял в себе с весьма невзрачной наружностью такие причуды, которые можно было бы счесть за выходки помешательства, если бы они не исходили из расчётов ума тонкого и дальновидного. То был человек маленького роста, тощий, тщедушный, дурно сложенный, с обезьяньею физиономией, с живыми, лукавыми глазками и ухватками до того странными и уморительно-забавными, что нельзя было видеть его без смеха или сожаления; но под этою оригинальною оболочкой таились дарования великого военного гения. Суворов умел заставить солдат боготворить себя и бояться. Он был меч России, бич турок и гроза поляков. Жестокий порывами, бесстрашный по натуре, он мог невозмутимо-спокойно видеть потоки крови, пожарища разгромленных городов, запустение истреблённых нив. Это была копия Аттилы, с его суеверием, верою в колдовство, в предвещания, в таинственное влияние светил. Словом, Суворов имел в себе все слабости народа и высокие качества героев».