Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика
- Автор: Новобранец Василий Андреевич
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Яуза
- ISBN: 978-5-9955-0943-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика». Краткое содержание книги:
Посмев пойти против «руководящей линии партии» и собственного руководства, которое в угоду Сталину закрывало глаза на любую информацию о приближении войны, Новобранец понимал, что рискует головой — но судьба хранила разведчика: его не посадили и не расстреляли, а всего лишь «сослали» в штаб Киевского Особого Военного округа, после 22 июня преобразованного в Юго-Западный фронт. В августе 1941 года начальник разведотдела 6-й армии ЮЗФ Василий Новобранец попал в плен в Уманском котле. Отказавшись сотрудничать с врагом, он прошел через все ужасы немецких концлагерей, выжил, бежал, партизанил на Украине и в Норвегии.
Обо всем этом, об увиденном и пережитом, Василий Андреевич рассказал в своих мемуарах.
Однажды, когда я с головой ушел в составление «мобзаписок», один офицер приносит мне кипу документов — примерно семь томов по 300–400 машинописных страниц — и радостно сообщает:
— Товарищ майор, «соседи» достали мобилизационный план Квантунской армии. Вот он!
Мое сердце радостно затрепетало. Молодцы «соседи», думаю.
Под «соседями» мы понимали зарубежную агентуру НКВД, которая часто направляла нам свои материалы. По «традиции» эти материалы без критики считались ДОСТОВЕРНЫМИ. На этом основании и офицер, доставивший мне документы, был в восторге, он не сомневался в их подлинности.
Но я был «новичок» и не знал здешних традиций. После первой волны радости я весьма критически отнесся к этой горе «томов». А при беглом осмотре документов мне вдруг вспомнилась давняя история, когда разведка царской армии уже купила однажды за золото японский «мобилизационный план», оказавшийся обыкновенным несекретным полевым уставом. Это воспоминание меня и насторожило.
Взял я присланные материалы и начал сличать с имеющимися данными, искать, что нового по японской армии дают эти документы. Оказалось, что ничего нового и важного в них нет. Были указаны давно известные номера пехотных дивизий, и ничего больше. Зато философских рассуждений о возможных вариантах отмобилизации и развертывания очень много. Причем направления возможных главных ударов указываются неправдоподобные, на не подготовленном тогда театре войны, где нет дорог, складов, средств связи.
Эти рассуждения мог написать любой грамотный штабист, глядя на карту будущих военных действий. Поломав голову несколько дней над присланными материалами, я понял, что «соседи» прислали нам обыкновенную «дезу», к тому же не очень умно сделанную.
Взял я весь ворох документов и отнес полковнику Пугачеву. Положил на стол и сказал:
— Возьми себе, это обыкновенная «деза».
Он подивился моей дерзости — нарушил «традицию».
— Ты будь осторожен в такой оценке! Это — документ «соседей». Мы привыкли считать их достоверными.
— Чьи это документы, — отвечаю, — мне не важно. Для нас важно то, что они ничего нового не дают. Это «липа», сплошная вода…
И я показал ему свои выборки и таблицы.
— Нет, этого не может быть! Ты, наверное, ошибся. Нужно еще раз проверить и дать положительный отзыв, — настаивал Пугачев.
— Мы его тщательно изучили, угробили на это две недели. Больше заниматься этой «дезой» не буду. У меня есть дела поважнее.
— Черт возьми, — недоумевал Пугачев, — что же делать? Ведь нужно дать ответ «соседям». Там уверены, что документ важный. За него заплачено много золота. Ты составь какой-нибудь туманный, обтекаемый, «дипломатический» отзыв.
Пользуясь дружескими отношениями, я ответил несколько грубовато:
— Пошел ты к чертям! Бери себе эту «дезу» и составляй на нее сам хоть хвалебную оду!
Полковник Пугачев (ныне умерший) был культурным офицером с хорошим оперативно-стратегическим кругозором, но по специальности авиатором. Мобилизационно-оперативных разработок по общевойсковым частям и соединениям никогда не делал и поэтому не знал, как они выглядят и какие сведения содержат. Естественно, он не мог правильно оценить документ «соседей». Однако, приняв на веру мнение своих сотрудников, у него хватило мужества заявить «соседям», что они подсунули нам «дезу». Разразился скандал. Пугачева с должности начальника отдела сняли и на его место назначили генерал-майора Дубинина. Пугачев потом с обидой говорил мне, что это я ему «удружил», но вообще дружба наша не нарушилась.
Привел я этот факт для того, чтобы показать, как тяжело и даже опасно было в нашей стране бороться с происками вражеской разведки и с ее дезинформацией. Пугачев в данном случае отделался «легким испугом». А многие разведчики, как, например, Берзин, Проскуров и другие, поплатились за это жизнью. И что особенно трагично — они были уничтожены собственным правительством.
Как глубоко проникла вражеская разведка в наши государственные органы, я покажу дальше на многих примерах.