Разлучи нас, смерть! (СИ)

Джейсон посмотрел на тарелки. В ходу в доме было три или четыре сервиза (это только для повседневных приёмов пищи), и этот был одним из любимых у Дэниела — сделанный на заказ для его деда на фабрике «Фюрстенберг» ещё в начале двадцатого века и специально привезённый сюда из дома в Женеве. Бокалы и стаканы — всё Баккара из одной серии, подобранные так, чтобы наилучшим образом гармонировать с фарфором и столовым серебром. Что, Астон подавится, если ему подать ужин на обыкновенной тарелке и налить воду в простой стеклянный стакан? Отравится? Не сможет есть?

Просто он привык получать всё лучшее, красивое, уникальное. Он считал это своим законным правом. Джейсон и себя ощущал такой же вещью, призванной услаждать взор хозяина и подчёркивать его статус. И у него было не больше прав и возможностей уйти из этого дома, чем у какой-нибудь супницы. Когда Астон говорил: «Ты принадлежишь мне», это не было метафорой. Возможно, когда-то было, но теперь нет.

Пряничный домик, как в детской сказке, — вот чем была его жизнь с Дэниелом. Их любовь, их страсть, их бесконечно счастливые часы, дни и недели… такие прекрасные снаружи, такие страшные на деле. За нарядным фасадом пряталось чудовище, готовое убить в любую секунду.

Дверь в столовую открылась, и вошёл Дэниел. Он поздоровался и бросил быстрый взгляд на Джейсона, разумеется, заметив, что тот не переоделся, и догадавшись, почему. Стоило ему опуститься на стул, как Джейсон тут же спросил:

— Что это значит? Почему из моей комнаты унесли все вещи?

Дэниел даже немного удивился: Джейсон никогда раньше не начинал личных разговоров в присутствии прислуги. Впрочем, тут от прислуги нечего было скрывать — это они перенесли вещи. Астон кивнул Николсу, дав знак, что тот может налить ему вино в бокал, и повернулся к Джейсону:

— «Романе-Конти» семьдесят пятого года. Очень рекомендую. Поможет снять напряжение.

— Спасибо, Николс, — отрицательно качнув головой, произнёс Джейсон, когда дворецкий с бутылкой подошёл ближе к нему. — Такое вино заслуживает быть выпитым по более достойному поводу, чем сегодняшний.

Судя по тому, что за столом их обслуживал Николс, весь дом чувствовал, что ужин сегодня будет на редкость неприятным: дворецкий занимал своё место за стулом Астона в столовой только в особо торжественных случаях либо когда остальная прислуга предпочитала попрятаться в какие-нибудь щели, предвидя бурю.

— Я считаю повод вполне подходящим, — заявил Астон. — По крайнеё мере, меня он радует.

— Не могу сказать того же о себе, — сквозь зубы процедил Джейсон. — Николс, позаботьтесь, пожалуйста, чтобы мои вещи были возвращены назад к тому моменту, когда закончится ужин.

Дворецкий кивнул и хотел выйти, чтобы отдать приказания, но Астон его остановил:

— Николс, стойте. Пока в этом доме я хозяин. Моё предыдущее распоряжение остаётся в силе, а вещи мистера Коллинза — в нашей спальне.