Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

Развитие событий вокруг Мглина Петру описывал адъютант Ф. О. Бартенев в серии донесений. Из Почепа 23 сентября он писал, ссылаясь на сведения мглинского сотника: «Неприятельские люди пришли на границу конницею, полков с восемь, к местечку Млыну к реке Ипуте и через реку по них казаки стреляли; а неприятель уговаривал казаков: мы де у вас брать не будем ничево, только за денги будем покупать; а казаки им на то ответствовали: мы де вам будем пули продавать»[1874]. Днем позже Бартенев сообщал, что казаки собираются в городках, жен и детей вывозят в леса, а хлеб прячут по ямам. При этом они с радостью приняли известие о скором приходе русских полков. На рынке, согласно царскому указу, во всеуслышанье объявляли, «чтобы хлеб и скотину неприятелю не оставляли, а которые оставят и то все будет пожжено»[1875]. Наконец, 26 сентября пришло донесение об атаке шведами городка: «Неприятелские люди перебрались через реку Ипуть и приходили штурмовать городок Млын сентября дватцеть четвертое число на зоре. И городка не взяли и отступили с уроном, которых я видел и считал пятьдесят тел у стены городовой, да у ворот городовых убито из пушки два офицера, один маеор, шпаги и платье сняли казаки, и книшка у маеора записная взята из карману, что было у паролю приказано тое ночи. А в городе сидит сотник млынский и с ним казаки сто человек того города и мужики из деревень. А черкасы нам верно служат, неприятелю правиянту никакова продавать не возят и все бегут по городкам и по лесам и нашему войску зело рады, что вступили» [1876]. Оставляемый перед лицом неприятельской армии город следовало эвакуировать. «Из местечка Мглина черкасы выбежали вон – доносил Шереметев Петру 1 октября 1708 г. – Ия указ к Рену послал, дабы пушки и порох ис того местечка вывезчи, оное зжеч, понеже оное близко швецкого лагару и удержать ево невозможно» [1877]. Однако, судя по письму Шереметева несколькими днями позже, 14 октября, Мглин не был сожжен и шведское войско «немалое себе доволство получило от местечка Мглина»[1878]. Анонимный мемуарист в рядах шведской армии подтверждает, что в Мглине было найдено столько водки, сала, зерна и прочего провианта, что его хватило бы на целую армию [1879]. Адлерфельд же говорит, что «эта восхитительная страна представляла собой пустыню»: в селах не было ни души и никакой провизии – все было заперто в городах [1880].