Золотые ворота. Черное солнце
- Автор: Головченко Иван Харитонович, Мусиенко Алексей Григорьевич
- Серия: Тетралогия о подпольщиках и партизанах #1
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Изида Зиновьевна Новосельцева
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Золотые ворота. Черное солнце». Краткое содержание книги:
Уже был близок рассвет, когда в овраге опять что-то зачавкало. Эти звуки были Олесю знакомы. Прошлой ночью они тоже разбудили его. Правда, тогда он не придал им никакого значения: в зоне свирепствовала дизентерия и немало изнуренных болезнью пленных часами высиживали над оврагом. Но сейчас Олесю показалось, что кто-то бредет по жиже. Но что за безумец отважился там ходить?
Олесь встал, направился к оврагу. Шаги стихли. «Прислушивается, наверное. А может, это мне только показалось?..» Хотел уже вернуться назад, как опять зачавкало. Сомнения не было: сюда кто-то шел. А вскоре Олесь разглядел, как из темноты вынырнула согнутая фигура. Незнакомец выбрался на сухое, осторожно снял с плеч что-то тяжелое и стал вытираться песком. Олесю послышался хруст капустных листьев. Но поверить в свою догадку не мог…
IX
Неожиданность! В зону подали по старым трубам воду. Много, очень много воды! Она повсюду била ржавыми фонтанами, растекалась лужами. Пленные, забыв о баланде, о болях, накинулись на воду. Пили из пригоршней, из пилоток, припадали пересохшими губами прямо к лужам. Пили вволю, умывались, наполняли про запас все, что только можно было наполнить. Потом привезли баланду. И не из проса, как раньше, а из настоящего гороха.
В полдень в зону зашел сам комендант и приказал немедленно привести в порядок территорию. Странно, но пленные с охотой взялись за дело. Закапывали трупы, уносили к дощатому бараку больных. Всем этим командовали лагерные полицаи. Наверное, именно кто-то из них и проговорился, что скоро должно прибыть высокое начальство из Киева. Этот слух, как огонь по сухой соломе, мигом распространился между невольниками, а за ним — всевозможные догадки. Говорили, будто бы какая-то комиссия будет отбирать специалистов, чтобы выпустить их под расписку; что желающих будут набирать в украинскую полицию; что пленных ждут каторжные работы в Германии. Невеселые слухи, но они словно пробудили людей от болезненного сна, заставили задуматься, ближе держаться друг к другу.
Олесю досталось носить песок: несколько десятков «доходяг», стоя на коленях над оврагом, пригоршнями нагребали песок на разостланные пиджаки, куски дерюги, а более крепкие, здоровые носили и присыпали им вонючую землю вокруг барака. Именно возле барака и встретился Олесь с Петровичем.
— Куда вы запропастились? Я уже с ног сбился, разыскивая вас…
Холодными, совсем чужими глазами посмотрел тот и отвернулся, как от прокаженного.
— Погодите! — схватил Олесь его за рукав. — Можете меня презирать, можете ненавидеть, но выслушайте. Мне необходимо посоветоваться… Это важно. Очень!
— Ну, говори!
— В зоне орудуют провокаторы… Офицер, с которым я вчера сгоряча вступил в разговор, набирает пленных…
— А для чего ты мне все это рассказываешь? Что мне за дело до того офицера?
— Как это: что за дело? А я считал…
Как ждал он этого разговора, какие надежды возлагал на него! Думал: русобородый учитель со Старобельщины поможет найти выход. А получается… Получается, не тот он человек, которому можно душу открыть. Мелковат. Олесь повернулся, чтобы навсегда расстаться с тем, кого считал своим спасителем. Но теперь уже Петрович примирительно:
— Не ершись. Рассказывай…
Какое-то мгновение Олесь колебался. Наконец сказал:
— Офицера зовут Оскар Ольб. Он проводит фильтрацию пленных. Охотится за профессиональными революционерами, деятелями Коминтерна, руководителями партийных и советских органов, политкомиссарами и вообще партийцами. Он говорил… — и слово в слово пересказал Олесь свой разговор с Ольбом.
Но на Петровича все это почему-то не произвело впечатления. Он ковырял носком разбитого башмака землю и думал о чем-то своем.
— Ольб должен вызвать меня. Я искал вас, чтобы посоветоваться…
Каштановая бородка Петровича зашевелилась:
— А какие же тут могут быть советы? Если бы это мне, то я бы не отказался от предложения Ольба. Вот ради них… — он кивнул на пленных. — Ради них можно было бы пойти на это. Мы будем оставаться слепыми котятами до тех пор, пока не будем знать замыслов гитлеровцев…
Об этом Олесь и сам думал. О замыслах он, может, и сумеет узнать, но как донести их до недоверчивой, разношерстной, нашпигованной провокаторами толпы?
— Мы помогли бы тебе, — как бы угадывая сомнения юноши, сказал Петрович.