Критика русской истории. «Ни бог, ни царь и ни герой» [litres]

Уже так хорошо знавший русскую деревню Энгельгардт в начале 80–х годов предостерегал от этой ошибки поверхностного народничества. «Богачи – кулаки, это – самые крайние либералы в деревне, – писал он, – самые яростные противники господ, которых они мало того, что ненавидят, но и презирают, как людей, по их мнению, ни к чему не способных, никуда не годных. Богачей – кулаков хотя иногда и ненавидят в деревне, но как либералов всегда слушают, а потому значение их в деревне в этом смысле громадное. При всех толках о земле, переделе, о равнении кулаки – богачи более всех говорят о том, что вот – де у господ земля пустует, а мужикам затеснение, что будь земля в мужицких руках, она не пустовала бы, и хлеб не был бы так дорог». (Энгельгардт А.Н… Письма из деревни, с. 515.)

Двадцать пять лет спустя мы застаем в деревне ту же самую картину. Один балашовский, Саратовской губернии, помещик писал Вольному экономическому обществу в начале 1908 года: «Верхний зажиточный слой крестьянства овладел аграрным движением. «Чумазый», который так недавно хватал «сицилистов» и представил по начальству, теперь почти целиком записался в ряды революционеров».

Балашовский помещик, как видим, разделял общенароднический предрассудок о реакционности «кулака», – ему наблюдаемое казалось свежей новостью, хотя деревенские пропагандисты, и социал – демократы, и социалисты – революционеры, еще лет за пять согласно отмечали то же самое явление.

Но продолжим выписку, – вот что говорил «чумазый»: «Купцу и барину земля без надобности: сами земли не пашут и за хозяйством не доглядывают. А бедному мужику земля и совсем ни к чему: он и с наделом управиться не может. Неурожаи от непропашки; нужны хороший скот, сбруя, семена, плуг, хороший ремонт, да денег в кармане на случай неурожая. А бедный мужик только царским пайком и дышит. Безземельных да малоземельных наделять – это все барские затеи: надел изгадили и банковскую землю изгадят. Банк землю должен хозяйственным мужикам определять, да не по 13 десятин на двор, а по 50, по 100». «Таковы речи, которые мне чуть не каждый день приходится слышать от хозяйственных мужиков, причисляющих себя обыкновенно к левым партиям», – резюмирует корреспондент Вольного экономического общества.