Галльская сказка

Девушка замерла на месте, наблюдая, как два силуэта исчезают среди расступающихся перед лесным монстром деревьев. Когда они скрылись в чаще, страх начал понемногу отступать и Сайофра на негнущихся ногах отправилась обратно к селению. Вздрагивая от каждого шороха, девушка поднялась по склону и увидела, что огонь в её доме потух. Сам он потухнуть не мог – кто-то специально сделал это. Сайофра поняла, что медлить больше нельзя. Ей стало слишком страшно. Усилием воли заставляя себя переставлять ноги, девушка быстрым шагом направилась к дому родителей, чтобы сообщить о случившемся этой ночью. Сайофра понимала, что ей скорее всего никто не откроет. Карнуты верили, что по ночам, особенно перед праздниками, никому нельзя было открывать, даже если голос был до боли знакомый. Так могли одурманить злые духи или опасные альвы, готовые в любой момент похитить наивного человека, решившего открыть дверь. Однако, попытаться стоило. Римский солдат хоть и был врагом для жителей селения, но даже он не заслужил смерти от когтей и клыков Кат Ши.

В селении стояла мёртвая тишина. Глубокая ночь убаюкивала уставших людей, обнимая их своими огромными чёрными крыльями. Слышен был только шелест засыхающей травы и стук первых капель начинающегося дождя о плотные крыши больших домов. В некоторых дворах тревожно мычала и топталась на месте скотина. Через какое-то время замолчала и она. Сайофра тревожно оглядывалась по сторонам, улавливая глазами любое движение на улице. Идти становилось всё тяжелее. Казалось, что темнота сгущается вокруг тела и, словно большое болото, не даёт двигаться дальше. Девушка отдышалась. До дома родителей оставалось совсем немного – ещё парочка домов и она на месте. Собрав всю волю в кулак, Сайофра сделала два шага и упала на колени, не в силах двинуться дальше. Темнота нависла над девушкой, сдавливая и поглощая несчастную в своих объятиях. Она с трудом подняла голову и посмотрела вперёд – туда, откуда доносилось конское ржание и звон колокольчиков. В самом конце длинной улицы виднелся высокий статный всадник на серебрившемся в свете луны коне. Он гарцевал, словно красуясь перед обездвиженной Сайофрой, и каждое движение неизвестного ночного гостя сопровождалось переливчатым звоном волшебных колокольчиков. Рассмотреть ни лицо, ни одежду визитёра девушка не смогла. Она заметила только одно – в свете луны существо не отбрасывало тени, как и его лошадь. Раздался звон сотни других колокольчиков где-то в глубине Чёрного леса. Всадник, повернув волшебную лошадь, тут же поскакал на зов остальных эльфов.

Напуганная до дрожи Сайофра поднялась на ноги. По щекам девушки катились слёзы. Она понимала, что это было всего лишь предупреждением. Девушка должна молчать об увиденном, иначе даже подумать страшно что будет дальше. На всякий случай она попробовала сделать шаг в сторону родительского дома и снова ощутила невидимую преграду, которой становилась сама тьма. Вытирая мокрые солёные дорожки на лице и лихорадочно размышляя об увиденном, Сайофра медленно побрела обратно к дому Кианнэйт. Альвы защищают Кат Ши. Вот почему убить кошачью ведьму невозможно – она их подданная. «Не удивлюсь, – злобно заметила про себя девушка. – Если это мерзкое создание крадёт людей для ещё более гнилых тварей – эльфов, которые потом забавляются с несчастными». Мысли путались и расползались в разные стороны. Сайофра подумала о том, почему именно сейчас альвы захотели скрыть похищение человека Кат Ши. До этого кошачья ведьма хозяйничала и без покровительства волшебных созданий. Боятся римских солдат?