Охотник за тенями (СИ)
- Автор: Ворон Делони
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Охотник за тенями (СИ)». Краткое содержание книги:
— Это из-за вашей дочери?
— Да, — почти рыча ответил Байнгер и тяжело вздохнув добавил. — А я ведь знал, что отпускать её была плохая идея.
ГЛАВА 9. КЛУБ “СИЛЬМИРИН”
До начала концерта, а вместе с ним и операции по поимке серийного убийцы, оставалось меньше пяти часов. Ренэро сидел за изучением планов здания клуба “Сильмирин”, а также всех окрестностей вокруг него. Байнгер же, ушёл на совещание к миссис Нарате больше получаса назад, но пока так и не вернулся. Лоснин досконально изучил все помещения клуба, начиная от подвала, заканчивая ложами на втором этаже и выходом на крышу. Если бы Стиринс, явно по просьбе Фауста, не прислал на почту эти планы, буквально через полчаса после ухода следователей из здания “Кипирт”, то разработка плана операции имела бы большие пробелы. Ренэро успел определить несколько точек, где может сесть человек из “Око ночи”, ведь главная задача приманки, заставить убийцу выдать себя.
— Если за ним тогда гнался джип, почему вы уверены, что он всё ещё жив и что он вообще придёт в клуб? — вернувшись в офис, Лоснин первым делом задал этот вопрос своему наставнику.
— Потому что если его не крали люди Хайски, то скорее всего его подобрали свои, — Байнгер недобро скривил кубы. — Помнишь мисс Хойтс установила, что плазмы на первых двух убийствах и третьем отличаются? Это уже наводило на мысль о сообщнике, а после разговора с Фаустом это только подтвердилось. У меня такое чувство, что этот святоша не такой идиот, каким мы его считаем. Словно они специально разыграли всё так, чтобы мы бросились искать Фауста, пока они продолжают готовить свои убийства.
Закончив с изучением плана клуба, Ренэро переключился на карту города. Клуб “Сильмирин” находился на улице Гиспирит, которая находилась почти на самом краю города, и которая была в нескольких кварталах от того места, где за убийцей погнался белый джип. Улица Гиспирит была просто раем для незаметных побегов, множество зданий, между которых, словно змеи, тянулись проулки, а также заброшенные постройки, в которые, скорее всего, имеется свободный проход. Если убийца действительно не так глуп, как следователям казалось до этого, то при должном умении и удаче он сможет уйти, но Ренэро даже не хотел об этом думать. Если они упустят его, то дело можно считать проваленным. После такой серьезной облавы любой дурак поймёт, что лучше залечь на дно.
Лоснин представил себя на месте убийцы, а после стал рисовать в голове картины того, как может начать развиваться события в клубе. “Самое плохое что может случиться, это что убийца не придёт и весь план окажется насмарку, а хуже того, что в последствии окажется, что Фауст просто всех нас надул. Второй сценарий, придя на место нового убийства, убийца поймёт, что за ним слежка и просто скроется, до того, как его раскроют. Мистер Байнгер сказал, что если мы просто так попытаемся его схватить, у нас не хватит доказательств. О предложение провести анализ плазмы его хранителя с образцами с мест убийства, он сразу сказал, что любой адвокат, который хоть немного понимает в своём деле, настоит на том, что всё это фальсификация и подлог, поэтому нужно брать убийцу с поличным. Третий сценарий, это то, что убийца всё же приходит, усыпляет свою жертву и при попытке убийства он будет схвачен, но скорее всего такого не будет, слишком уж всё будет тогда просто. Но если убийца попытается бежать, то какой путь выберет? Если бы я хотел уйти от погони, как бы я действовал?”
Ренэро вновь начал пристально вглядываться в карту, в улицы и их закутки и аппендиксы. Когда у помощника следователя от напряжения начало зудеть в висках, дверь в кабинет открылась и внутрь вошёл Байнгер, лицо которого было сосредоточенным, а глаза цепкими и холодными.
— Двадцать человек из спецгруппы будут находиться у клуба и ждать сигнала, — заговорил следователь, налив себе в кружку воды, — а также пара следователей первого ранга вызвались нам помочь.
— Это большая группа. — мысленно присвистнул Лоснин.
— Нам нужно поймать этого гада, — зло проговорил Айто. — Мы не должны упустить его, иначе он уйдёт в подполье и там уже мы его не достанем.
— Мистер Байнгер, — Ренэро заговорил неуверенно, при этом глаза были направлены в пол, лишь бы не встретиться со взглядом наставника, — вы уже позвонили своей дочери?
— Позвонил, — Айто стиснул зубы. — Никогда не думал, что для своей дочери, я настолько ужасный родитель, — Байнгер шумно выдохнул. — Ну об этом я с ней поговорю дома, после поимки убийцы.
— Вы же сказали ей о том, почему ей нельзя на концерт? — Ренэро сам был в шоке от такой наглости, но язык в паре со ртом сам выплёвывали слова.
— Разве, чтобы уберечь дочь от опасности, я должен ей всё разжёвывать? — следователь сверкнул на своего помощника ледяным взором. — Она уже не маленькая девочка, но если её отец говорит, что ей сегодня в клуб нельзя, она должна это принять без возражений, а не поливать грязью того, кто дал ей всё.
— Порой честность родителей куда ценнее для ребёнка, чем всё внимания мира. — не выдержав взгляда Лоснин отвернулся.
— Я не собираюсь рассказывать своей дочери об ужасах, которые не дают мне спать по ночам, — отрезал Байнгер, в голосе которого зазвенел метал. — Если хочет, пусть обижается, ненавидит и призирает, по крайней мере моя совесть будет спокойна. А ты, — Айто шумно выдохнул, — если станешь родителем, то поймёшь, что работа следователя очень сильно отражается на семье и что это не самые радужные темы для разговоров. Твой отец часто посвящал тебя в свои дела по работе?
Со стуком поставив кружку на стол, следователь прошёл к своему месту и упал в кресло, от чего оно жалобно скрипнуло. Ренэро всё ещё смотрел в монитор, в то время как где-то под рёбрами что-то заныло. Что именно, Лоснин определить не мог, это было похоже на обиду на то, что его наставник чёрствый и сухой как камень, не способный понять своего ребёнка; но также это было похоже и на злобу, при чём уже на самого себя, ведь ему не стоило лезть в семейные разборки человека, которого он знает без года неделю и о котором знает чуть больше чем ничего. Но больше всего это колюще-сосущие чувство походило на тревогу, словно вот-вот должно было случиться что-то плохое, что-то такое, чего уже невозможно избежать.
— Ты изучил планы? — всё еще отдающий холодным нотками голос Байнгера вывел Ренэро из оцепенения.
— Да, — кивнул Лоснин перетаскивая папки в письмо, которое машинально открыл. — Я набросал пару возможных вариантов отхода убийцы на карте, а также на плане клуба места, где может расположиться человек Фауста, — введя в строке “получатель” адрес почты своего наставника, Ренэро ещё раз проверил вложение и нажал отправить. — Вам должно было прийти на почту.
В кабинете вновь повисло молчание, но в этот раз напряжение не было таким звенящим. Лоснин просто молча ждал правок от своего наставника, при этом не рассчитывая на то, что в его плане не будет ошибок. Ренэро никогда до этого не планировал операции, да к тому же такие серьёзные и масштабные, двадцать оперативников, да плюс к этому ещё пара следователей, не считая самого Байнгера, довольно большая группа для поимки одного человека. Хотя, учитывая сообщников, может и ни одного.
— Насчёт клуба я доверю тебе, — после пяти минут молчания раздался голос следователя, в котором почти пропал холод и метал, — я в такие места никогда не ходил и поэтому ничего не знаю. А что касается улицы, — даже не видя лица, Ренэро понял, что его наставник скривился, — то здесь я внесу правки сам. В том районе есть много мест, о которых ты не знаешь и куда с большей вероятностью может попытаться бежать наш священник.
После этого в кабинете вновь повисло молчание, а со стороны Байнгера начались активные удары по клавиатуре и клацанье мышкой. С облегчением выдохнув, поняв, что больше ему ничего не скажут, Ренэро вновь открыл браузер и собирался сделать то, что должен был сделать ещё час назад, купить билеты на концерт. Фауст их сразу предупредил, что билеты нужно покупать, как обычный смертный, не привлекая к этому сторонних людей и большие связи. Такими необдуманными действиями можно легко спугнуть убийцу, если теория о кроте в рядах “Око ночи” верна.