Зона Питер. На одной волне [litres]

Советская швабра вошла в ручку. Пока Стиляга соображал, как понадежнее заблокировать дверь, парень спустился на первый этаж, не отвечая на расспросы встревоженного Хамелеона, взял лежащий на полу топорик, ухватил стоящую возле лестницы скамейку и потащил все это наверх. Там они со Стилягой расперли скамейку в узком коридорчике и зажали ею швабру, которую обухом топора забили поглубже.

Брыси за дверью недовольно рычали, топтались возле выхода на лестницу, но дверь стойко держалась, не давая мутантам отужинать. Наконец, те выпрыгнули в разбитое окно. Спустились вниз и люди.

– Есть хочется, – поделился Игрок. Он растирал плечо, отбитое при падении. Правая рука плоховато слушалась, и это его беспокоило.

– Мне тоже, – отозвался оставшийся единственным дееспособным бойцом Стиляга. – Почти сутки, как мы открываем для себя волшебный мир новой Зоны, а кормить нас никто не пожелал. Хотя до этого момента не очень и хотелось.

Хамелеон посмотрел на бледных Корня и Болтуна, перевел взгляд на напарника и покачал головой. Он и сам выглядел не лучше.

– Скоро ночь. Может, эти уйдут? – спросил Игрок.

– Будем надеяться. Как только уйдут, и мы двинем, – кивнул Стиляга.

Он понимал, что мутанты вряд ли бросят добычу. А уберутся они, тут же явятся другие, пока еще неведомые. Да и куда отправится их нуждающийся в помощи отряд, сталкер тоже не представлял.

Уставшие и ослабевшие от ран члены маленькой команды забылись тяжелым сном, несмотря на возню и рычание снаружи. Стиляга прислушивался к их дыханию и озабоченно поглядывал на часы. Уже должен был наступить вечер, но сталкер не забывал ни на секунду, что брыси никуда не делись. Вот они, обе тут, прямо перед дверью. И что делать? Нужны еда, вода, медикаменты, оружие. Мобильники так и не работали, помощи ждать неоткуда.

Заснул и Игрок. Он долго боролся с одолевающим сном, не хотел оставлять Стилягу одного, но наконец его сморило. Проведя в одиночестве примерно час, сталкер поднялся размять ноги и подошел к забаррикадированной двери. Мощный выстрел заставил его вздрогнуть, а потом пальба поднялась сумасшедшая. Развалив перекрывающий дверь хлам, Стиляга выглянул наружу. За его спиной тяжело дышали в забытьи трое, четвертый никак не мог от усталости открыть глаза.