Манекен за столом. Роман-антиутопия [CИ]

Я посмотрел в другой конец зала, где медленно плыли звезды в темноте, и играл тягучий мотив, и сказал девушке:

— Простите, Дар, можно вас пригласить?

Она наклонила голову и поднялась, подав мне руку.

Остановившись среди покачивающихся пар, мы обнялись и тоже стали переступать с ноги на ногу.

— Хорошо здесь, — сказал я осторожно.

— Ничего, — сказала Дар.

— Вы приехали из столицы?

— Да.

— Надолго?

Она слегка откинула голову и взглянула мне в глаза.

— А что?

— Просто…

— Вы не о том спрашиваете, милый Пикет, — усмехнувшись, сказала Дар. — Сделайте мне умелый комплимент…

Взгляд ее стал странным.

Я задумался и, хотя меня за язык никто не тянул, проговорил:

— У вас хорошая фигура, Дар…

Девушка откинула голову, и взгляд ее сделался напряженным.

— Вы прекрасно сложены, — сказал я и тотчас прижал ее к себе.

Мне нравились эти танцы, когда ты как во сне, и время перестает существовать, и глубокие, звучные, протяжные электронные импульсы захватывают и заволакивают сознание.

Мне нравятся эти танцы за то, что они очень длинные, и в них можно погружаться, как в бездну, и даже когда они оканчиваются, взгляд ещё долго остаётся остановившимся.

Я долго молчал и вдыхал запах близких волос, и подумал мимолётом, что они светлые и нежные, а глаза у Дар тёмные.

Я провёл рукой по волосам. Они были нежные, как у ребёнка.

— Что? — тихо и уютно отозвалась Дар, и я себя очень хорошо почувствовал от этого негромкого «что», и захотелось уйти с ней куда-нибудь подальше, уплыть в тёмный океан.

Но я ничего не сказал, потому что боялся, что Дар откажется. Мне очень не хотелось, чтобы она отказалась. Мне было бы неприятно.

Танец кончался. Я снял руки с плеч, освободив Дар, она кивнула мне и спокойно отошла к столикам. Я стоял на месте, провожая её взглядом. Танец окончился только сейчас, и пары приостановили свой транс.

Дар наклонилась к сидящим, что-то их спросила, потом выпрямилась и пошла между столиками к выходу из зала.

Я подошёл к своему столику. Корки там уже не было. За столиком сидели только его друзья, мне незнакомые, и говорили о мне знакомом — о компаниях. Они говорили, что они эти компании в порошок сотрут. Что разгонят по всему побережью, в подводные гроты загонят к муренам. Они говорили, каждый раз собираясь с мыслями, сосредоточенно так.

Они были пьяны, и это были их пьяные разговоры. Я подумал, что это зал, где ведутся пьяные разговоры. Специально облюбованный зал, где подонки организованно напиваются и ведут пьяные разговоры. И ещё я подумал, что танцы здесь ненастоящие. Для настоящих танцев должен быть свой зал. А раз так, значит, надо его поискать.

Я пошёл искать зал для танцев. Мне показалось, что это очень важно, найти зал для танцев.

Я взял длинный бокал, не глядя ни на кого, выпил, затаив дыхание, потому что бульон оказался очень крепким, обжигающим. Я даже удивился, взял первый попавшийся бокал, и оказалось так крепко. Один из сидящих подонков посмотрел, как я пью, и как я поставил бокал на столик. Я отёр тыльной стороной ладони рот, повернулся и пошёл между столиками. Кругом были пьяные разговоры, одни пьяные разговоры и больше ничего. Разговаривающие подонки смотрели друг на друга, друг другу в глаза, коротко взмахивали руками, совершали бесцельные движения головой, глядя по очереди на поверхность столика, на соседей, на свои руки. Всё было наполнено смыслом, и я вышел из зала.