Искупление

— Мама, ты проснулась! — счастливо щебечет она, очаровательно улыбаясь с дыркой в зубах.

— Доброе утро, конфетка. Я не знала, что ты встала.

— Я уже проснулась, — говорит она, энергично кивая, но не вылезает из кучи игрушек, которые всегда укладывает с собой поверх одеяла. Она любит спать с одной из мягких игрушек и как только просыпается, всегда собирает их всех вокруг себя.

— Почему ты не пришла ко мне в постель? — интересуюсь я.

— Потому что тетя Синди сказала, что мне нельзя беспокоить тебя, пока длинная рука на часах не коснется двенадцати, а короткая не коснется семи, — торжественно объясняет она.

Я подхожу к ее кровати, и она перекладывает игрушки, освобождая для меня место. Я склоняюсь и делаю вид, что очень удивлена.

— Боже мой! Что случилось с твоим зубом?

— Он выпал, — говорит она, показывая пальцем на дырку.

— Ты проверяла под подушкой, не оставила ли зубная фея денег?

Мгновенно она ныряет под свои игрушки, и сияющая от радости появляется с моими пятью фунтами.

— Видишь, мама.

— Поразительно. Что ты на них купишь?

— Их хватит на пони?

Я поднимаю брови.

— Янна…

— Хорошо, — вздыхает она. — Их хватит на три мороженых? — Она начинает считать на пальцах. — Одно для тебя, одно для меня и одно для тети Синди, и одно для бабули и одно дедуле.

— Это пять мороженых, — поправляю я, поднимая еще два пальца на ее руке. — Это три, — я опускаю два ее пальчика. — А это пять.

— Хватит на пять мороженых?

Я киваю и улыбаюсь.

— Да, дорогая. Хватит на всех. Это очень щедро с твоей стороны.

— Можно нам мороженое на завтрак?

— Нет, у нас нет мороженого на завтрак, но угадайте что нас ждет?

Ее глаза становятся огромными.

— Что?

— Нам предстоит сделать нечто особенное сегодня днем.

Она приподнимается, крошечные пальчики чешут затылок, ее локоны подпрыгивают на плечах. Концы волос уже стоит подстричь, но я не могу позволить кому-то применить ножницы к столь потрясающим локонам.

— У меня появился новый друг, и он хочет познакомиться с тобой.

— Твоей друг пони?

— Нет. Это мужчина.

— Хорошо, — она пожимает плечами.

Мне стоит рассмеяться. Для меня Константин — это мужчина, обладающий природной силой, судьбоносное создание, которое перевернуло всю мою жизнь с ног на голову. Но Янне все равно. Она запросто обменяла бы его на пони.

Я раскрываю руки, и она со всех силы падает в мои объятия, как маленькая торпеда, чуть не заваливая меня на пол.

— Я люблю тебя, маленький живчик, — шепчу я в ее пахнущие карамелью волосы. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Всякий раз, когда я говорю эти слова Янне, я говорю эти же слова всем своим сердцем и Октавии. Потом выпускаю ее из своих объятий.