Роковая наследственность

Сопоставив услышанное от бабушки Натальи, с тем, что рассказал Серж, Катя убедилась, что Маша действительно сможет пролить свет на эту невероятную историю.

По контракту, заключенному с рекламной кампанией Даниэлы Антонелли, после трёх недель работы, Катя будет иметь трёхдневный отпуск, что позволит ей осуществить мечту, и в день юбилея Маши воссоединиться с семьёй. Однако, возникает проблема. Как при неимоверно плотном графике съёмок ей оказаться во Франции, на русском кладбище под Парижем, чтобы увидеть и сфотографировать ту, на которую она похожа как две капли воды?

Часы показывали полночь, когда, встав с кресла Катя решила закрыть балконную дверь. Глянув вниз, она увидела Даниэлу и Биаджио провожавших гостей у парадного входа. Когда за ворота выехала последняя машина, они обнявшись зашли в дом. Вскоре погасли большие фонари, в парке умолк фонтан и погрузившись в тишину, вила Антонелли засыпала.

А дальше были съёмки. Дневные, ночные, и на восходе, и на закате. Под палящими лучами солнца и под проливным дождём. Помимо этого, многочисленные примерки одежды, пробы грима, а также каждодневное полуторачасовое обучение вождению автомобиля, что стояло в контракте у Кати особым пунктом. Погрузившись в сумасшедший съёмочный вихрь, Катя полностью отдавалась работе, внимательно слушая и выполняя всё что от неё требовали.

– Она действительно невероятно талантлива! А сколько шарма, сколько куража! – говорил Серж, глядя в объектив.

– А главное, посмотри, как жадно ловит замечания. Не надо по сто раз повторять и объяснять, – подчёркивала Даниэла.

–Да-да! Она умница. Большая умница! Но главное – в ней нет ни фальши, ни наигранности. Она абсолютно естественна! – восторгался Серж.

Однако, при всём своём восхищении Катиной работой, в общении с ней, они были достаточно скупы на похвалу. Поначалу её это пугало и настораживало, но позже, после каждого дубля, искреннюю и честную оценку своей работе она научилась читать по глазам гримёров, костюмеров, осветителей и множества помощников, которые как один, широко улыбаясь показывали ей большой палец вверх.

До перерыва в работе оставалось три дня, когда всем стало заметно, как в короткие моменты отдыха, Катя вдруг предпочла уединяться и грустить. В один из таких моментов, когда за грудой каких-то коробок она сидела на складном стуле, к ней подошёл Серж. Сев перед ней на корточки, он осторожно коснулся подбородком её колен, и глядя в огромные грустные зелёные глаза, спросил, позабыв о субординации.

– Скажи, что не так? Устала или чем-то не довольна? Может тебе не хватает наших слов восторга и похвалы? Прости, но мы боимся с этим переборщить, поскольку такое не раз случалось.

Неожиданно, Катя оживилась и обняв ладонями его лицо вопрошающе сказала.

– Помоги мне попасть в Париж на то кладбище. Через три дня я буду дома в Москве, и мне необходима фотография той женщины.