Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания

Первое, что нас неприятно поразило, когда мы подходили к имению, было то, что вместо аллеи вековых берез по сторонам дороги торчали высоко отпиленные пни. Некоторые из стволов валялись тут же, как видно уже давно, впечатление было такое, что аллея была вырублена не потому, что березы были нужны как дрова, а просто для того, чтобы их уничтожить. Такая же участь постигла и сад, о красоте которого с восторгом вспоминала Елена Михайловна: большинство деревьев было вырублено, трупы их с не обрубленными ветками валялись местами в высокой траве, цветущие кустарники были поломаны. Прекрасный цветник с роскошными розами был уничтожен, на его месте вдоль дома земля вся была изрыта тощими грязными свиньями. Сам дом тоже имел в высшей степени печальный вид: стены облупились, окна частью были забиты досками, частью зияли выбитыми стеклами. Все в точности соответствовало стихотворению Алексея Толстого «По лугу вертограда».

Елена Михайловна очень огорчилась, что ничего не осталось от того сада, который был так прекрасен в ее воспоминаниях. На нас такое бессмысленное уничтожение сада и циничное отношение к красотам природы тоже произвело тяжелое впечатление. Да, не следует возвращаться после долгого отсутствия в те места, которые были или казались тебе прекрасными во времена твоей счастливой юности, всегда возможно в этом случае горестное разочарование, в особенности если посетить их после революции.

Кроме Мити Тищенко и Елены Михайловны этим летом у нас побывали Евграф Антонинович с Галиной Викторовной, приезжавшие к нам на неделю в конце лета. Конец лета в этом году оставил у меня самое неприятное впечатление: Мария Маркеловна заболела малярией. Она, очевидно, подцепила ее в Васильсурске, где та была очень распространена, а сырое и холодное лето этого года способствовало ее проявлению. Приступы начинались около пяти часов сильным ознобом, который сменялся постепенно повышающейся температурой и сильным возбуждением, потребностью говорить и говорить без конца. В таком состоянии Мария Маркеловна испытывала боязнь одиночества и не отпускала меня ни на шаг во время приступа. К ночи все кончалось усталостью и сном. Вначале приступы были каждый день, потом стали реже. Болезнь эта очень неприятна и изнурительна. Мария Маркеловна к врачам не обращалась, а вылечилась, последовав совету кого-то из знакомых. Она стала каждое утро натощак принимать по три горькие миндалинки, и, действительно, все как рукой сняло и никогда больше не повторялось.

Таким образом, мы с ней без сожаления покинули негостеприимные берега озера Щир и возвратились в город, где Ирина вскоре прекрасно сдала свой «предварительный» экзамен. Она так хорошо выучила этот раздел химической науки, что знания эти прочно засели у нее в голове на много лет. Поневоле сравниваешь это с тем, как быстро улетучиваются из студенческих голов те знания, которые они приобретают, подготавливая сессии в течение максимум семидесяти дней к сдаче самых фундаментальных курсов. Кончая университет, студенты неорганических специальностей часто не знают даже, что за вещество имеет формулу С2Н5ОН (спирт).