Мятежники Гора

— Тарск! — прорычал Изо.

— Беги! — скомандовал богатый крестьянин девушке, и та, вскочив на ноги, метнулась прочь.

— Смотрите, — сказал фокусник и, взяв рисовое зёрнышко, принесённое мужчиной в ответ на требование офицера, положил его на маленький сучок, торчавший из столба примерно там, где ещё недавно был лоб девушки.

Сделав это, фокусник отошёл в сторону.

— Это легко, — добавил он.

Крикнув от охватившего его гнева, офицер вытянул свою катану, поднял, на мгновение замер, и атаковал столб. Именно столб. Клинок ударил в дерево почти в половине хорта от зерна. Офицеру пришлось потрудиться, освобождая своё, на целый полный хорт в погрузившееся столб, оружие.

По толпе прокатились смешки, но быстро стихли. Низкому не стоит дразнить высшего.

— Это легко, — констатировал фокусник, — если тренироваться по ану в день, в течение многих лет.

Не думаю, что когда-либо мне доводилось видеть такую ярость на лице кого-то из, как правило, не теряющих самообладания воинов пани, которую я созерцал на лице того офицера.

— Ах ты, оборванец, толстое ничтожество, — задыхаясь от душившей его злобы, прокричал он, — косматое, уродливое животное, неуклюжий тарск!

— Всё, что Вы говорите, верно, — ответил на его оскорбления фокусник. — Да, я плохо одет и не причёсан, не могу похвастать яркой внешностью. Я некрасив и плохо сложен. Таким я родился, и с этим я вынужден жить. Само моё существование для многих является оскорблением.

— Мерзкий крестьянин, — бросил офицер.

— Я тоже крестьянин, — недовольно буркнул богатый крестьянин.

— Крестьянам, — выкрикнул офицер, впиваясь взглядом в фокусника, — не позволено владеть мечом, тем более двумя. Выбрось своё противозаконное оружие и вооружись подобающими тебе инструментами, мотыгой и граблями!

— Сомневаюсь, что он согласится разоружиться, — хмыкнул я, обращаясь к Таджиме.

Сам я в такой ситуации ни за что не сдал бы оружие и не повернулся бы к врагу спиной.

— Он точно этого не сделает, — согласился со мной Таджима.

И в этот момент фокусник отвернулся.

— Нет, — прошептал я.

— Интересно, хорошо ли наточен мой меч? — крикнул Изо. — А вот почему бы не проверить это на шее крестьянина!

Кое-кто из зевак начали спешно покидать толпу. Известны случаи, когда тот или иной из воинов пани пробовали своё оружие на живых целях.

— Пойдём отсюда, — позвал разбушевавшегося Изо офицер, которого я счёл старшим этой пары. — Мы увидели всё, зачем нас сюда послали. Мы узнали всё, что были должны узнать.

— Нет! — взревел Изо в ярости. — Нет!

Он сжимал рукоять своей катаны обеими руками.

Фокусник меж тем спокойно стоял в стороне, повернувшись спиной к офицеру. Он держал голову чуть вниз.

— Неужели он не понимает, какая опасность ему грозит? — нахмурился я.

— Ничего ему не грозит, — усмехнулся Пертинакс.

— Но его спина открыта врагу, — заметил я, — которого он даже не видит.

— Всё он видит, — успокоил меня Таджима. — Посмотрите, где сейчас солнце.

— Точно, — чуть не хлопнул себя по лбу я.

Фокусник выбрал место так, что солнце находилось за его спиной, соответственно, кто бы ни попытался приблизиться к нему сзади, даже если бы тот сделал это совершенно бесшумно, его тень выдала бы его с головой. Приблизься злоумышленник на критическое расстояние, одно движение его тени, и…!

— Смотрите, — прошептал Таджима.

— Не уверен, что мне хочется смотреть на это, — проворчал Пертинакс.

Всё произошло и закончилось очень быстро. Два клинка блеснули на солнце, даже не встретившись, и голова офицера откатилась на дюжину ярдов, прежде чем замереть на земле, уставившись глазами в небо, словно не веря в случившееся.

Фокусник мгновенно повернулся лицом к другому офицеру, выжидающе глядя на него и держа своё оружие наготове.

Однако мечи второго офицера так и не покинули ножен. Он лишь немного поклонился фокуснику, по-видимому, отдавая должное его мастерству, и сказал:

— Ты убил Изо, а он был самым лучшим мечом в гвардии сёгуна.

Фокусник, не отводя взгляда от офицера, склонил голову.

— Я — Кацутоси, — представился тот, — капитан гвардии сёгуна.

И снова фокусник поклонился, признавая честь, оказанную ему тем, что на него обратила внимание такая важная персона.

— Изо никогда не блистал умом, — признал Кацутоси.

— К сожалению, — нарушил молчание фокусник.

— Слухи о тебе достигли ушей самого сёгуна, — сообщил офицер. — Нас послали, чтобы посмотреть на тебя.

— Я не достоин, чтобы столь великий лорд обращал на меня своё внимание, — сказал фокусник.