Секретная папка СС

Попав внутрь храма, Фильчиган тут же потянулся в угол, чтобы быть менее заметным. Внутри было тускло, свет исходил лишь от разноцветных окон, изображающих святого высоко над полом, и мерцания свечей, зажигаемых время от времени прихожанами на подставках для свечей.

Ему, жившему на побережьях Атлантики, никогда не приходилось бывать в русской церкви, но по мере учебы в колледже он был немного знаком с христианскими обрядами на Руси и во избежание каких-либо нелепых действий решил вначале понаблюдать за их действиями. На потолке вырисовывалась тема бытия, сцены Господа с ангелами. По бордюрам около четырех метров высотой были, по всей вероятности, отреставрированные образы святых и сюжеты из Библии. При всем этом виде Фильчигана охватило дуновение некоего сжатия и в то же время чьего-то покровительства. Люди здесь, кто просто постояв, поставив свечу, кто отойдя от иконы, перекрестившись, доходили до Андреаса, повторно проделав знамение, словно не замечая американца, выходили наружу, открывая тугие массивные двери. Заметив в углу заметку с нарисованным мобильным телефоном, зачеркнутым двумя линиями, Фильчиган поспешил отключить свой телефон.

Сориентировавшись и обдумав действия, американец подошел к женщине, торговавшей церковной утварью, не решаясь заговорить с ней. Объясняясь жестами, Фильчиган купил у нее свечку чуть тоньше мизинца.

На часах Нильсона было без четверти четыре дня, когда он оказался под аркой цокольного входа, остановившись посмотреть на часы, выйдя наружу из здания. Тот же легкий ветерок трепал давно потерявшие свою укладку приглаженные волосы, воздух ему казался прохладным, но, перетерпливая и наслаждаясь свободой совершенно другим дуновением этого старинного русского города, сквайр затянул жилетку, надетую на свитер-безрукавку.

Фэргат, из кабины водителя наблюдая за гостем города, не решался подойти к нему, когда рядом с Нильсоном появился второй американец, того словно вытолкнуло из машины. Оглядевшись еще раз вокруг, он на ломаном русском языке, сдерживаясь в жестах, чтобы не выдать себя, попытался объяснить, что происходит.

– Одна машина вас преследует, – сказал он.

Американцы не поняли, но поблагодарили, по их пониманию, за проявленное благоволение к ним со стороны жителей о вероятной опасности.

В номере американских путешественников было уже темно, как прихожую озарил ярко-желтый свет, едва рука Нильсона нащупала выключатель.

– У-у, – удивился сквайр, посмотрев на дисплей мобильного телефона, найденного в жилетке, – уже одиннадцать м-минут ночи.

Он попытался присвистнуть, но, сдавленный телом Фильчигана, которого он волок на себе, выдул из него только воздух.

Поправив ношу, Нильсон донес своего изрядно выпившего друга до его кровати и, едва удержавшись между кроватями, направился в ванную комнату. В отличие от коллеги, предусмотрительный Бенджамин Фицджеральд Нильсон реже стал поддерживать компанию, состоявшую из его коллеги, русского актера, который, встретив их еще утром в столовой отеля, вновь встретившись с ними, пригласил их «задержаться», открыв тему об американской киноиндустрии. После того как после водки пошел коньяк, тактичный Нильсон, мало интересовавшийся жизнью актеров Голливуда, задумавшись, решил проявить некоторую сдержанность. В отличие от него, практически никогда не употреблявшего, Фильчиган, увлекшись рассказами Михаила на его ломанном английском языке, по предложению актера, «для лучшего усваивания языков», не замечал увеличения алкогольной дозы.