Морпех-4 [СИ]

— Да какие доказательства, сынок, издеваешься? — невесело усмехнулся Валерий Сергеевич. — Как я могу собственному сыну не поверить? Да и не шутят, Степа, такими вещами! Война — она всегда дело серьезное, как бы ни называлась, и в каких краях ни происходила. Так что верю, конечно. Да и сон тот, про который я тебе рассказал, тоже своего рода подтверждение. Совпало ведь все, так? И бушлат у тебя был, и автомат трофейный. А руины те — это я так, понимаю, пригороды Новороссийска, которые вы у фрицев раньше времени отбили. Ладно, давай еще по чуть-чуть, и про другое поговорим. Хочешь, не хочешь, а к Ткачеву ехать нужно. Комбат — нормальный мужик, адекватный, лет двадцать его знаю. Должен понять и подсказать, как из всей этой непростой ситуёвины выкручиваться…

Разговаривали отец с сыном, разумеется, не в квартире.

Недолгий семейный обед, со всеми положенными обнимашками-поцелуями и прочими ахами-охами по поводу «вернувшегося с курсов» сына уже закончился. Мама, отказавшись от помощи («идите уж, знаю я вас, небось, хочется по-мужски пошушукаться о том, о сем, а тут я уж и сама справлюсь»), занялась мытьем посуды. Младшая сестра, смущенно чмокнув ставшего каким-то слишком уж взрослым брата в колючую щеку, торопливо упорхнула по своим девичьим делам. Ну, а сильная половина семьи, прихватив едва ополовиненную поллитровку и нехитрую закуску, перебазировалась в отцовский гараж, где и продолжила — а, точнее, начала — весьма непростой разговор.

— Да, вот кстати, — покопавшись в кармане, отец протянул Степану его собственные часы. Те самые, купленные на выпуск из училища и, казалось, с концами потерянные, когда тонул вместе с бэтэром. Только ремешок другой. — Сюрприз, так сказать.

— Бать, но как?! Откуда?!

— Макс… ну, в смысле, подполковник Ткачев передал. На память о пропавшем без вести сыне, блин. Водолазы на дне обнаружили, когда твое, гм, тело разыскивали. Видел бы ты его глаза, когда он мне их отдавал, — хмыкнул Алексеев-старший. — Кстати, автомат твой вместе с разгрузкой и полевой сумкой тоже нашли, так что отписываться за утерю личного оружия и боеприпасов не придется, считай, повезло. Я только ремешок заменил, прежний порвался. Как знал, что еще понадобятся.

— Спасибо, батя… — неожиданно шмыгнул носом морпех — не то, от избытка чувств, не то от ощутимо ударившего в голову алкоголя. Здесь, на гражданке, алкоголь отчего-то действовал совершенно не так, как там, на войне, где и от половины кружки чистого спирта так не вставляло, как от нескольких рюмок самой обыкновенной магазинной водки. — Вот уж точно всем сюрпризам сюрприз! Будешь смеяться, но часов у меня не имелось с тех самых пор, как в Абрау-Дюрсо в плен попал. Помнишь, я рассказывал?

— Помню, — закаменел лицом бывший десантник. — Надевай, чего тормозишь? Ротному без часов никак. Давай за павших товарищей накатим, тебе ведь, как я понимаю, теперь тоже есть за кого пить?