Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834

Создание комиссии и попытка преобразования валашской администрации были предприняты в контексте самого крупного политического скандала за всю историю российской оккупации. Будучи продуктом междоусобной борьбы валашских бояр, этот скандал омрачил репутацию важных представителей российского командного состава и гражданских чиновников и продемонстрировал пределы российского контроля над княжествами в условиях продолжавшейся войны с Османской империей и ухудшавшихся российско-французских отношений. С самого начала российской оккупации часть профранцузски настроенных бояр во главе с Константином Филипеску бросила вызов господарю Константину Ипсиланти и его сторонникам, таким как Константин Варлаам, Манолаке и Константин Крецулеску, Константин Гика и Щербан Вэкэреску. Варлаам занимал пост Великого вистиерника (казначея) на протяжении года после смещения Ипсиланти в августе 1807 года, продолжая отсылать бывшему господарю, сосланному в Киев, часть валашских доходов. Однако перебои с поставками продовольствия и фуража для войск, а также открывшиеся налоговые злоупотребления подопечных Варлаама привели к потере последним своей должности в конце 1808 года.

Константин Филипеску умело воспользовался антикоррупционной риторикой российских оккупационных властей для того, чтобы добиться отставки своего политического противника и занять его должность. Несмотря на то что слухи о связях Филипеску с французами и Османами появились еще в 1807 году, этот боярин пользовался поддержкой командующего российским корпусом в Валахии Милорадовича и, в конце концов, самого сенатора Кушникова. Милорадович имел славу спасителя Бухареста от османского рейда в мае 1807 года и сильные связи при российском дворе, будучи фаворитом вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Филипеску использовал любовную связь своей дочери Анкуцы с Милорадовичем для того, чтобы нейтрализовать интриги партии Варлаама, а также тревожные донесения агента Кушникова в Бухаресте Савицкого[179]. Смерть фельдмаршала Прозоровского в августе 1809 года позволила Филипеску сохранить свое положение. На его сторону стал и сам Кушников[180]. Когда Варлаам и его сторонники подали сенатору донос на Филипеску, сенатор нашел их обращение «[исполненным] нелепых суждений», посчитал желательным «опровергнуть направленность мыслей, обнаруживающих на каждом шагу невежество, предубеждение и дерзость» и не дал им хода[181]. В конце концов связи Филипеску с Османами были подтверждены российским тайным агентом Манук-беем, что позволило Багратиону добиться от Александра I санкции на ссылку Филипеску в Россию[182].