Дети природы. Возрождение

Выбравшись из постели, принц накинул плотный, вышитый крупными узорами халат, на ноги обул кожаные с пышным белым мехом туфли. Пройдя на балкон, посмотрел на город. Белая дымка почти рассеялась, и взгляду открылась большая площадь, окруженная лавками городского рынка. За ними, среди домов, отделенные широкой дорогой, тянулись извилистые узкие улочки, уходящие к высокой каменной стене. Принц всматривался в самую даль: за город; за охотничью общину; туда, где дремучий лес и величественные горы; туда, где не ступала нога человека. Его отвлек громкий стук. Отыскивая источник шума, он вновь взглянул на площадь и только сейчас заметил, что на ней появился деревянный помост с двумя высокими столбами, между которыми трое мужчин крепили перекладину. Раньше принц не видел таких сооружений, но читал о них в королевской библиотеке.

Он вернулся к кровати и окликнул прислугу. В комнату быстро вошли три женщины и почти хором проговорили:

— Доброе утро, принц Деонис.

Все вокруг завертелось. Подушки были взбиты, постель заправлена, а балдахин аккуратно закреплен. В высокой напольной вазе сменили цветы. С принца сняли халат и ночные одежды, умыли теплой водой, надушили и расчесали. Помогли облачиться в белоснежную рубашку и вышитые камелиями широкие брюки. Расправляя воротник и складки на одежде, его подвели к большому, в резной позолоченной раме зеркалу.

— Вылитый король Ромар в молодости, — весело улыбаясь, сказала одна из женщин.

Деонис смотрел на отражение. Конечно, прислуга тешит его самолюбие. Он, несомненно, похож на отца: такие же черные волосы, голубые глаза и прямой нос. Вот только король Ромар — высокий, сильный мужчина. Даже сейчас, в семьдесят один год, его тело подтянуто, а мускулы развиты. Деонис же родился слабым, болезненным мальчиком. Королева Амалия теряла одного младенца за другим. Убитая горем, ослабленная беременностями, она не сдавалась и в сорок девять лет смогла родить королю сына. Но пока мальчик рос, его жизнь не один раз висела на волоске. Легкая простуда оборачивалась для маленького принца неделями тяжелой болезни, поэтому королева редко отходила от ребенка, окружив себя лекарями и помощниками. За Деонисом неустанно следили, разрешая появляться на улице только в королевском саду или в ложе на городской площади. Теперь ему исполнилось девятнадцать, и, видя в зеркале свое рыхлое, тяжелое тело, он совсем не верил словам прислуги.

Принц вышел из комнаты. В коридоре его ждал личный слуга — Камир. Он всегда, словно тень, следовал за Деонисом. Камир был отчаянно предан королю Ромару, поэтому Амалия уговорила мужа закрепить верного слугу за сыном. Камир с ног до головы был укутан в черные одежды. Даже его голова была полностью покрыта, только сквозь узкую щель в тканях проглядывались красные, воспаленные глаза. Никто никогда не видел лица Камира. Он был неразговорчив и нелюдим. По замку ходили сплетни и небылицы про таинственного слугу короля. Одни были уверены, что он — черный лекарь, применяющий запретные знания. Другие заверяли, что Камир владеет небывалой физической силой и редким умением сражаться, поэтому ему доверили охранять принца. А третьи и вовсе с опаской шептали, что он — внебрачный ребенок короля, которого тот прячет.