Жизнь, любовь, страдания
- Автор: Гусев Павел Павлович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Прочее юмористическое
Электронная книга - «Жизнь, любовь, страдания». Краткое содержание книги:
Безвыходное дело
– Что ты меня швыряешь то на один бок, то на другой! – возмущался Блин на горячей Сковороде.
– А это я для твоего счастья делаю. Будешь красивый и вкусный.
– Да я не хочу, чтобы меня съели, – вздохнул Блин.
– Зато славу заслужишь, чудесным Блином назовут.
– А если я и этого не хочу?
– Тогда я тебя так запеку, что есть никто не станет!
Блин долго думал, на что ему решиться. И…сгорел.
Горка блинов, стоявших рядом со Сковородой, пыхтела:
– Это тот случай, дружок, когда, как ни крутись, по-твоему не будет. Безвыходное дело!
Пресс-папье
Мусорная Корзина возмущалась:
– Мы с Пресс-папье вместе работаем. Правда, я под столом, а оно на столе. Я вся мусором переполнена, вздохнуть тяжко, а оно весь день на качелях качается и бумажками забавляется. Где справедливость?! Может, это оттого, что оно наверху, на видном месте, а я внизу и меня не видно?
Тут из Корзины выбросили мусор, и она огорченно вздохнула:
– Вот так всегда: стоит мне о чем-то подумать, как из меня вытряхнут все!
Стярая Книга
Старая Книга в потрепанной обложке посмотрела на Красивую Книгу в глянцевом переплете и спросила, в чем секрет ее молодости.
– Я не позволяю себя руками трогать, потому и выгляжу юной, – важно сказала та.
Старая Книга задумалась: «И правда, меня каждый день перелистывают, потому-то все странички и помялись».
Расстроилась она: ей тоже хотелось быть красивой. Тут выступил Журнал, который на своем веку многое повидал, и сказал:
– Не расстраивайся по пустякам. Много лет уже от твоих страничек руки не отходят – так им нравится твое содержание. А Красивая Книга хоть и блестящая, но бессодержательная. Вот руки к ней и не тянутся…
Тут Журнал замолчал, так как появился мастер, чтобы забрать Старую Книгу на реставрацию и сделать ее красивой, а заодно отправить на самую верхнюю полку ее молодую подругу.
Прищепка
Шарф после стирки висел на веревке и от легкого дуновения ветра задел бельевую Прищепку.
– Какой элегантный кавалер! – воскликнула Прищепка и ухватила его так, что он не смог больше двигаться. – Мы с тобой замечательная пара. Ты останешься со мной навсегда! – заявила она.
– Но у меня уже есть невеста – Шубка, – потупился Шарф. – Вот обсохну и к ней пойду. Она ждет.
– Не отпущу! – сердито сказала Прищепка. – Ты мне тут нужен. С тобой приятно общаться.
Стал Шарф думать, как бы избавиться от надоедливой Прищепки. Провисел на веревке целый день, высох весь, а она еще сильнее прижала его к себе, радуясь своему счастью. Обессиленный Шарф качался на ветру, потеряв всякую надежду освободиться.
Но тут порыв ветра сорвал его с веревки, и он упал неподалеку от Шубки. Она давно ждала его, чтобы пойти погулять.
А Прищепка даже не взглянула на Шарф. Она ждала следующего кавалера.
Калитка
Набежавший Ветер зацепился за Калитку и давай ее трепать. Петли, на которых она висела, взмолились:
– Сестричка, ухватись за Щеколду, а не то Ветер сломает тебя!
– Мне и так хорошо! – ответила Калитка.
Ветер крепчал и превратился в Ураган.
Тут все Дощечки забора стали уговаривать Калитку:
– Ухватись за Щеколду!
– Мне и так хорошо! – опять твердила она.
Ураган подул с такой силой, что Петли не смогли удержать Калитку, она оторвалась, поднялась выше забора и полетела.
Все, кто видел удаляющуюся Калитку, говорили:
– Какая Калитка ветреная!
Внутренняя красота
В баре на полочке красовались Бутылки.
– У меня изумительная золотистая пробка, – хвалилась одна.
– А я сверкаю, как алмаз, – вторила другая.
– Зато ни у кого нет такой красивой этикетки, – сказала третья.
– Да что вы расхвастались! – возмутился Стакан, который не раз наведывался в бар и слыл знатоком его содержимого. – Самое приятное должно быть внутри вас, а не снаружи. Я пробовал. Оставайтесь лучше закупоренными, не то хозяин обязательно вас опустошит. Речь у него станет безумной, послушаешь и подумаешь: лучше бы рот не раскрывал, тогда бы его сочли нормальным человеком.
Самогон
Самогон в бутылке, услышав застольное выступление знаменитого певца, прошедшего тернистый путь к своей славе, забурлил от негодования:
– Я тоже прошел тяжелый путь, пока не стал высокоградусным напитком: повидал огонь, воду и медные трубы. Вон сколько желающих за столом ждут встречи со мной, а потом, опустошив стаканы, начнут хором петь мне дифирамбы.