Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года
- Автор: Эдельман Ольга Валериановна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года». Краткое содержание книги:
Пересказывая в письме Ленину беседу с Полетаевым, Сталин упомянул, что «№ 3» (Малиновский) относится к Полетаеву «очень недоверчиво». Малиновский и прежде, еще в декабре предшествовавшего года, умело раздувал негодование Ленина против Красса. Сталин пока, по всей видимости, не заподозрил в Малиновском провокатора. Или же до поры держал подозрения про себя. В Кракове Малиновский произвел скверное впечатление на супругов Трояновских. По приезде в Вену Трояновский рассказал об этом Бухарину, который ответил, что в Москве еще до выборов в Думу, в 1910–1911 гг. среди рабочих, знавших Малиновского по профсоюзной работе, возникали подозрения на его счет, так что группа рабочих просила Бухарина официально довести это до сведения действовавшей тогда в Москве комиссии о провокациях. Впрочем, партийцы помнили также, что в то время партийные организации были охвачены манией подозрений, поэтому не придали этому эпизоду большого значения. Рассказывая обо всем этом после революции в показаниях Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства о Малиновском, Трояновский не упомянул, что делился своей неприязнью к нему с Кобой, пока тот находился в Вене, но кажется вполне вероятным, что он участвовал в разговорах Трояновских и Бухарина и знал об их подозрениях. В 1917 г. Бухарин подтвердил показания Трояновского, как и один из упомянутых рабочих В. Ф. Плетнев[636], Сталина следственная комиссия о Малиновском не допрашивала. Если Коба и знал о сомнениях относительно него, то пока, в феврале 1912 г., ничем этого не выказал, относился к Косте, № 3, по-прежнему дружески, более того, по возвращении в Петербург в феврале вступился за него.
В конце письма от 25 февраля Василий упоминает ссору семерки депутатов-меньшевиков с газетой «Луч» и их желание «осадить Дана». Он не поясняет в письме причин ссоры, но можно предположить, что она как раз была связана с прозвучавшим со страниц меньшевистской газеты обвинением в адрес Малиновского. Автор заметки, подписавшийся «Ц», объявил о его провокаторстве. Автором на самом деле был Циоглинский, но все подумали, что «Ц» – сокращение от Цедербаум, девичьей фамилии жены Федора Дана, сестры Мартова. Она вспоминала, что к ней пришел «большевик Васильев», известный среди меньшевиков под прозвищем Иоська Корявый, и потребовал прекратить порочащие Малиновского слухи[637]. По письму Джугашвили от 25 февраля можно полагать, что семерка депутатов вступилась за своего собрата. Конечно, ссора меньшевистских депутатов с меньшевистской газетой большевикам была на руку, и, как прибавил в письме Джугашвили, «мы своей кампанией хотим их еще больше рассорить» (см. док. 67).
Арестован Иосиф Джугашвили был, конечно же, по наводке Малиновского 23 февраля на благотворительном вечере, устроенном большевиками в здании Калашниковской биржи. В Краков об этом сильно расстроившем планы петербургских большевиков событии 25 февраля были посланы сразу три письма от разных корреспондентов. Одним из них был Демьян Бедный, сетовавший, что «позавчера „ввержен бысть“ наш милый „дюша-грузинчик“», что «изъятие грузина – прямо сразило меня». Д. Бедный нервничал и был уверен, что в партии действует провокатор: «„Кто-то“ мешает, и „кто-то“ сидит крепко» (см. док. 76). Второе письмо было написано, возможно, самим Малиновским, демонстрировавшим показную растерянность: «Васька заболел. Взялся писать и не знаю что. Инцидент с №№, неурядицы в „Дне“, а тут еще болезнь Вас., точно все черти подняли свои голоса против нас» (см. док. 77). Неизвестный автор третьего письма полагал, видимо, что об аресте Василия в Кракове уже знают, и сообщал еще и об аресте Спицы – В. И. Невского-Худокормова-Кривобокова (см. док. 78).
Н. К. Крупская навстречу этим письмам в тот же день, 25 февраля, отправила свое с очередной просьбой «Ваську надо очень беречь» (см. док. 75). Переписка разладилась, из Кракова сетовали на отсутствие писем, 28 февраля/13 марта Крупская сообщила о получении одного письма от Василия[638], на известие о его аресте из Кракова отозвались на следующий день, 1/14 марта (см. док. 79). 16/29 марта Ленин передал новость об аресте Кобы Каменеву, одновременно сообщив, что в Кракове побывал Малиновский и что Коба успел закончить большую статью по национальному вопросу (см. док. 80).
Формальная переписка по делу Джугашвили была окончена 18 апреля 1913 г. Ничего примечательного за время расследования не произошло, показаний он не давал, никаких достойных внимания обстоятельств не открылось. Дело было передано на усмотрение Особого совещания при министре внутренних дел, которое вынесло постановление о ссылке И. В. Джугашвили в Туруханский край под гласный надзор полиции сроком на четыре года. 7 июня постановление было утверждено министром внутренних дел. 25 июня Джугашвили перевели из Дома предварительного заключения в Петербургскую пересыльную тюрьму, 1 июля он был взят на этап, 11 июля проехал Красноярск и пробыл в местном тюремном замке до 15 июля[639], 10 августа прибыл в село Монастырское, административный центр Туруханского края.