Разведка и другие тайные службы древнего Рима и его противников

Для осуществления своего замысла Антипатр старался подружиться с родным братом Ирода, тетрархом Феророй, а также с женой, тёщей и свояченицей Фероры, у которых «Ферора находился в полном подчинении» [Ios. Flav. «Iudaea», XVII, 2, 4]. Дружба эта имела весьма прагматичную цель — дело в том, что, хотя тетрархия Фероры была меньше, чем царство Ирода, в союзе с Феророй Антипатру было бы гораздо легче свергнуть отца. Сдружиться с Феророй и его семейством Антипатру удалось, но такая дружба вызвала подозрения сестры царя Ирода, Саломеи: «видя, что солидарность всех их направлена во вред Ироду, она не задумалась сообщить последнему обо всём» [Ios. Flav. «Iudaea», XVII, 2, 4].

Царь поначалу не предпринял каких-либо решительных мер, всё ещё продолжая верить сыну, а Антипатр и Ферора призадумались и сменили тактику действия: «понимая, что их дружба неприятна царю, они решили с виду более не сходиться друг с другом, но выказывать взаимную ненависть и хулить друг друга, особенно в присутствии самого Ирода или кого-либо из лиц, могущих донести ему об этом, втайне же ещё теснее сплотиться между собой» [Ios. Flav. «Iudaea», XVII, 2, 4]. Возможно, им и удалось бы усыпить бдительность Ирода, но развеять подозрения Саломеи они не смогли: «от Саломеи не остались скрытыми с самого начала ни их солидарность, ни значение их дальнейшего поведения. Она не дала ввести себя в заблуждение, но выведывала всё и сообщала об этом с крупными преувеличениями брату, рассказывая ему об их тайных собраниях и пиршествах, а также об их сокровенных планах. Если бы последние не преследовали гибели царя, то ничто, по её мнению, не препятствовало бы действовать им открыто. Теперь же они, будучи на глазах у всех, враждуют между собой и всячески стараются якобы повредить друг другу, когда же они вдали от народа, они, как лучшие друзья, стараются во всём быть солидарными между собой и соглашаются относительно борьбы с теми, от которых столь старательно скрывают свою дружбу. Всё это она разузнавала и при случае в точности доносила брату, который и сам уже понимал положение, но не решался принять крутые меры на основании почти голословных обвинений сестры» [Ios. Flav. «Iudaea», XVII, 2, 4].