В долине смертной тени [Эпидемия]

— Что с вами случилось?

— Я совершенно не знаю, как мне дальше жить.

— Поясните, в чем дело?

— Все, чем я жила, во что верила, в чем была убеждена, оказалось ложью. Человек, которого я любила, которому посвятила всю жизнь, недостоин этого. Сын… — Софья Георгиевна безнадежно махнула рукой. — Как жить, чем жить я больше не представляю. И все это навалилось на меня практически одномоментно. Я не могу это выдержать.

Внезапно женщина зарыдала, отец Варлам прижал ее к своей груди.

— Успокойтесь, прошу вас, успокойтесь. Это все просто замечательно.

От изумления Софья Георгиевна даже перестала плакать, отодвинулась от священника и посмотрела ему в лицо.

— Замечательно? — переспросила она таким тоном, словно бы не верила, что услышала все правильно.

— Именно замечательно, — подтвердил отец Варлам. — То, что с вами сейчас происходит, это и есть очищение от скверны. Вы жили в ней, вам было в ней хорошо, вы не понимали, что это такое, и надеялись, что так все и будет продолжаться до конца ваших дней. Но Господь сжалился над вами и послал вам свою высшую милость — открыл глаза на то, что происходит вокруг вас. Такое благорасположение Он проявляет не часто.

— Вы это сейчас серьезно, отец Варлам?

— Я никогда не шучу подобными вещами. Вы скоро это поймете.

— Но мне плохо, внутри меня все болит. Вы это понимаете?

— Прекрасно понимаю. Так и должно быть. Это очистительные страдания. «Эти страдания служат не к погублению, а к вразумлению рода нашего» сказано во второй книги Маккавея. Вы жили в большом грехе, и страдания плата за эту жизнь.

Софья Георгиевна задумалась. В первые мгновения слова отца Варлама показались ей чуть ли не кощунственными, но сейчас до нее вдруг стал доходить их совсем другой смысл.

— Неужели, в самом деле, у меня началось очищение? — робко посмотрела она на него.

— Именно так, — убежденно произнес священник. — Прислушайтесь к тому, что в вас сейчас происходит. Господь привел вас к этому состоянию не для того, чтобы оставить неприкаянной.

— Но я не знаю, как дальше жить! — воскликнула Софья Георгиевна. — Даже, если я очищусь от греха, я все равно не знаю, что мне делать дальше. Как прежде уже не смогу, но по-другому не представляю.

Отец Варлам вдруг сурово посмотрел на женщину.

— Если вы пришли за готовым ответом, то вы пришли не по адресу. Господь дал вам разум, чтобы самой его искать.

— Я ищу, но не нахожу, — растерянно пробормотала Софья Георгиевна. Она задумалась. — Спасибо вам, отец, я многое поняла. — Она перекрестилась на иконы и двинулась к выходу.

Несколько мгновений отец Варлам смотрел ей вслед.

— Подождите, сестра, — остановил он ее.

Софья Георгиевна замерла и повернулась к священнослужителю.

— Я был не прав, — сказал отец Варлам. — Мой долг открыть вам глаза на ваш дальнейший путь.

— Я буду вам безмерно благодарна, если вы это сделаете.

Отец Варлам молчал, но при этом не спускал горящих глаз со своей прихожанки.