Тайна двойного убийства

Тусклый свет дал возможность Волину сориентироваться, он уже видел часть комнаты — кусочек дивана, тумбочку, стул с накинутым на спинку пиджаком — в таком же был Урсу тогда, в магазине. Где же люди?

Словно в ответ из комнаты раздался вздох, скорее всхлип — протяжный и непонятный. Волин понял это как сигнал, прыгнул в дверь и на секунду замер.

На брошенном в угол матраце, у стены, чуть приподнявшись на локте, лежал Урсу. Рядом, с краю, просунув руку под подушку и подогнув к животу ноги, на боку лежал Суходольский — капитан сразу узнал его. Суходольский спал.

Приподнявшись, мертвенно-бледный Урсу делал отчаянные знаки, указывая рукой на подушку под головой Суходольского.

— Пистолет! — прокричал он и навалился вдруг всей своей тяжестью на Суходольского.

Из-за плеча капитана резко рванулся вперед Ермаков, но Алексей опередил его, выхватив из-под подушки холодную напряженную руку преступника. Откинул подушку — черный пистолет вмиг оказался в руках Ермакова. Придавленный телом Урсу на матраце распластался Суходольский.

Зажгли свет, задержанный встал. Не верилось, что все позади, что Суходольский — вот он, здесь, непонятно апатичный, вялый, даже злые глаза при ярком свете потухли, словно закатились. И вдруг засмеялся Ермаков весело, разряжающе:

— Это же зажигалка! — воскликнул он и подбросил на ладони черненькую игрушку-пистолетик. — Ну и жук!

Урсу зло сплюнул:

— А я-то испугался! — И пояснил, торопливо одеваясь:

— Он вечером пришел. Деньги требовал, но откуда у меня? А потом говорит, переночую, мол, а утром деньги ищи, иначе убью. Я испугался, знал ведь, почему он скрывается, а тут еще часы узнал. Печказова часы. Пистолетом пугал. Ладно, говорю, утром достану деньги. И пока чай кипятил на кухне, записку приготовил и прохожего дождался. Поел он, постель сам постелил на пол, в углу, — Урсу кивнул на матрац, — велел мне раздеться и лечь к стенке, а сам — с краю. Суходольский уснул быстро, а я все лежал, прислушивался.