Кукловод. Кровь Солнца [СИ]

— Вы были правы, Халиф! — Бобер был даже слегка возбужден, что случалось редко.

— Да неужели? — Вздернул Халиф левую бровь.

— Еще шесть нападений. Уже не возле школ. У других точек. На сей раз — лицом к лицу.

— Вот как? И кто этот человек? — Поразился Халиф, насколько он вообще мог поразиться.

— Самое интересное, Халиф, что лицом к лицу он нападать был вынужден. Наши идиоты стали в свои подъезды заходить спиной вперед! — Бобер закурлыкал, что означало у него смех.

— Эту идею подал хозяину я. Вы находите ее идиотской? Хорошо. Тот тоже посмеялся, но, видимо, решил, что это будет забавно. И как, насколько забавно? — Резко спросил Халиф.

— Собственно, не очень забавно. Человек в «милитари», низкого роста, худой, а вот с лицом вышла промашка. «Балаклава». Все, что они видели — глаза. Один уверял, что глаза разного цвета.

— Я не пойму, теперь этой дрянью торгуют выпускницы курса Художественной школы? Так, запросто, лоб в лоб, дать себя избить? Никто не оборонялся? Или там и впрямь Рембо? — Халиф был уже не на шутку заинтригован.

— Он обут в тяжелые ботинки, Халиф. Атаку начинает с лица, баллончик или шокер — треск, пшиканье, но это «обманка». Удар наносится в голень, гарантированный перелом — причем ноги, как бы сказать… Разные? Да, то есть, он бьет с обеих… — Бобер снова замолк, он предпочитал краткие и емкие формулировки и не чужд был некоторой красоты слога.

— С обеих ног. А дальше?

— Всегда одно и то же. Хватает за волосы и бьет с размаху лицом об колено. За волосы берет очень сильно, жестко, вырывает просто, порой с кусочком кожи. Да, верно. Два случая. Потом уходит. Быстро, но не бежит. — Бобер уставился на Халифа.