1920 год. Советско-польская война
- Автор: Пилсудский Юзеф
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8077-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «1920 год. Советско-польская война». Краткое содержание книги:
Итак, моя первая попытка разгромить конницу противника состояла в объединении частей фронта для удара, когда Буденный еще находился между ними в Житомире и его окрестностях. Этот план рухнул. Я отдал совершенно ясный приказ генералу Рыдз-Смиглы выйти из Киева, где в этой обстановке ему нечего было делать, и ударить своими главными силами вдоль шоссе Киев – Житомир по главным силам Буденного в районе Житомира. Его бы поддержал левый фланг 6-й армии и сосредоточенная в районе Козятына наша кавалерия. Достаточно было, по-моему, даже незначительной поддержки частей, подходящих с запада. Для меня до сих пор остается загадкой, как моя телеграмма могла не дойти до генерала Смиглы и он отвел свои войска в северо-западном направлении вдоль железной дороги Киев – Коростень – Сарны, то есть вдоль Южного Полесья, как будто специально избегая встречи с конницей Буденного. Подчеркну, что при этом маневре одна из дивизий, а именно 21-я, вышла на Южное Полесье под Мозырь, увеличивая тем самым наши силы на – повторю слова п. Тухачевского – «маловажном» фланге армии под командованием генерала Шептицкого.
После этого случая провалились несколько моих попыток сгруппировать силы для удара по коннице Буденного с разных сторон так, чтобы смочь ввести в действие нашу значительно более слабую по сравнению с противником кавалерию. И все из-за какой-то фатальной невозможности согласовать усилия нескольких частей для совместного маневра. Перед 4 июля последней такой попыткой были почти комичные события под Ровно, когда 18-я дивизия 6-й армии шла в атаку с юга, а 2-я армия в то же самое время выполняла поворот на север; и наоборот, когда 2-я армия перешла в наступление и ее 1-я дивизия ночной атакой заняла Ровно, 18-я дивизия уже двигалась в противоположном направлении на Дубно.
Я бы не сказал, что эта кажущаяся теперь очень смешной чехарда сильно деморализовала войска, действующие на Южном фронте, так как большая их часть, за исключением нескольких полков, полностью сохранила свой моральный дух и, несмотря на неудачи, раз за разом бросалась в бой. Но, конечно, постоянные неудачи не могли не отразиться на общем настрое, выразившемся в мысли о необходимости применения какого-то нового метода, новой тактики, позволяющей остановить и победить неуловимого до сих пор противника. Таким методом, по общему мнению, которое разделяю и я, является задействование большего количества кавалерии и с нашей стороны. К организации этого инструмента борьбы приступили немедленно и с энергией. Однако сразу же можно было предположить, что такое сложное дело не удастся сымпровизировать легко и быстро и что пройдет немало времени, прежде чем будут видны результаты этой работы.
Но наиболее отчетливо отрицательное влияние этих событий проявилось не на самом фронте, а в тылу. Все чаще возникала паника в населенных пунктах, расположенных за сотни километров от фронта, нередко и в штабах высших соединений, приобретая все более широкие масштабы. Начинала давать перебои даже государственная машина, в ее работе стали заметны признаки неуверенности и колебаний. Необоснованные обвинения сменялись минутами безудержного страха и нервозности. Я постоянно наблюдал это вокруг себя. Новый инструмент борьбы, каким оказалась для наших не подготовленных к этому войск конница Буденного, становился какой-то легендарной, непреодолимой силой. И можно сказать, что чем дальше от фронта, тем сильнее и неотразимее ощущалось влияние не поддающейся пониманию магии. Тем самым начинал формироваться самый опасный для меня фронт, фронт внутренний.
В такой обстановке я отказался от предыдущего замысла и, зная из донесений и докладов разведки о концентрации войск противника на севере, наметил себе наиболее общий план действий на фронте против п. Тухачевского. Учитывая то, что отступление Южного фронта все время обнажало правый фланг группировки войск, стоящих севернее Припяти, я мысленно решился добровольно, без нажима противника отвести весь Северный фронт назад, примерно до линии немецких окопов в центре с созданием сильных маневренных групп на обоих флангах.