Война стрелка Шарпа [litres]

– Я знаю, что делать, – хмуро ответил Харпер.

– Ну так делай.

Кивнув сержанту, Шарп прошел мимо церкви к месту впадения речушки в Дору. Местность была открытая, спрятаться негде, и, если бы пришлось отступать из деревни, этой дорогой он бы воспользоваться не решился. Нет, надо поторопиться, и, может быть, им еще удастся переправиться. Пожалуй, надо поискать где-нибудь весла. Или веревку. Снять веревки с колокольни, протянуть через реку и перетягивать лодку как паром. Так ведь наверняка получится быстрее, чем грести.

Шарп еще раздумывал, хватит ли церковных веревок, чтобы соединить два берега, когда из дома вышел Харрис и сообщил, что пленного лейтенанта зовут Оливье, что он из 18-го драгунского полка и, по его утверждениям, никого не насиловал – хотя и попался со спущенными штанами.

– Говорит, французские офицеры так себя не ведут, хотя лейтенант Виченте вроде бы верит девчонке.

– Так что, было или не было? – нетерпеливо спросил Шарп.

– Конечно было, сэр. Сам признался после того, как я врезал ему пару раз. – Харпер улыбнулся. – Но все равно твердит, что это она его хотела. Говорит, ее сержант обидел, а он только утешал.

– Утешал? Вот, значит, как? – рассвирепел Шарп. – То есть он оказался вторым?

– Точнее, пятым, сэр. По крайней мере, девчонка так говорит.

– Чтоб его! – выругался лейтенант. – Повесить урода, да и дело с концом.

Он решительно направился к дому, где с десяток местных жителей с криками наступали на француза, взиравшего на них с пренебрежением, достойным восхищения на поле боя. Защищал француза лейтенант Виченте, который, увидев Шарпа, воззвал к нему за помощью:

– Его нужно доставить в безопасное место и, как полагается, предать суду.

– Я только что рассмотрел дело, – сказал Шарп, – и признал этого Оливье виновным. Вот дам ему по роже и повешу.

Виченте заметно занервничал, однако уступать не собирался:

– Мы не можем так поступать. Нельзя опускаться до уровня варваров.

– Я ее не насиловал, так что меня не вините.

– Мы сражаемся за то, чтобы мир стал лучше, – упрямился португальский офицер.

Несколько секунд Шарп лишь удивленно взирал на Виченте. Неужели он серьезно? Неужели кто-то еще может верить в такую чушь?

– А что случится, если мы оставим его здесь, а?

– Его нельзя оставлять! – запротестовал Виченте, прекрасно понимая, что селяне обойдутся с пленным французом еще хуже, чем Шарп.

– А мне пленные не нужны!

– Мы не можем просто взять и убить его! – Молодой португалец даже покраснел от возмущения и тем не менее не сдавался. – И оставить здесь тоже не можем – это все равно что убить.