Воспоминания бродячего певца. Литературное наследие
- Автор: Гнесин Григорий Фабианович
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-907189-63-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Воспоминания бродячего певца. Литературное наследие». Краткое содержание книги:
– Скорее! Скорее! – крикнула в последний раз девушка и, в то время, как г-жа Г. насела на связанного бандита, мы бросились к дверям, за которыми раздавались проклятия, брань и угрозы. Тогда я громко крикнул:
– Синьоры, первый, кто сюда сунется – будет убит!
И для того, чтобы отвадить их от желания проникнуть к нам, я пролез под кроватью в свою комнату, где дверь уже трещала под напором, и выстрелил. Пуля пробила тонкое дерево и, очевидно, кого-то задела, так как раздался крик и оттуда отскочили. В то же время к нам донеслись грохот выбиваемых дверей, лязг оружия и шум борьбы. Я вернулся к дамам; мы поняли, что карабинеры уже здесь, и я только ждал приглашения, чтоб повернуть ключ. Через минуту раздался властный голос:
– Отоприте! Полиция!
Я отпер, шесть человек карабинеров вошли в комнату и бросились на помощь к дамам. Лицо г-жи Г. было почти диким; казалось, она приросла к охраняемому ею бандиту. Её с трудом оттянули от него и успокоили. Не лучше было и со мной и с m-elle Люси. Помню, что прежде, чем рассказал всю историю, я несколько минут был словно в столбняке. Потом все успокоились; я показал карабинерам всё занятное устройство этой квартиры, передал им ключик от шкапа и, расписавшись под составленным протоколом, в пять часов утра удалился со спутницами и багажом к вокзалу, где мы решили отдохнуть…
Было семь часов с минутами, когда нас разбудил какой-то сторож и спросил, имеем ли мы билеты, так как эта комната только для пассажиров. Пришлось уйти, и на этот раз – проститься. Г-жа Г. уехала в отель, m-elle Люси отправилась на поиски своих знакомых, а я удалился в сторону зеленеющего парка Кашине, – и здесь, на берегу Арно, крепко и сладко уснул…
В 11 я проснулся, умылся тут же у реки и побрёл в город по музеям и церквам. Проходя мимо большой площади и увидя перед рестораном «Гамбринус» музыкальный помост, я разговорился с лакеями и хозяином; мне предложили «на всякий случай» заглянуть сюда вечером и переговорить с дирижёром.
До четырёх часов я был в городе, потом поехал в Фиезоле. Здесь на закате, усевшись на площадке возле монастыря Сан Франческо, – я запел для себя самого. Никого кругом не было. Руины Фиезоле и сокровищницы Флоренции обогатили меня многими мыслями и глубокими настроениями. И мне пелось радостно, молодо и светло.
Вернувшись в город, я отправился к ресторану, где уже собиралась публика, и слышно было издали, как музыканты настраивали инструменты.
– А вот и он! – раздалось около меня, – ну, синьор, вот переговорите с маэстро, – и мы обсудим!
Я подошёл ближе и вежливо поздоровался с дирижёром. Маэстро уселся на стуле, перебросил ногу за ногу, и несколько фатоватым голосом стал допрашивать меня. Молодой, небольшого роста, бледный, с напускной серьёзностью, он казался особенно маленьким рядом с толстым, краснощёким хозяином – очевидно, немцем.
– Вы кто? Поляк, русский?
Почему-то мне показалось более интересным превратиться в представителя дальнего севера, и я ответил с достоинством:
– Я норвежец.
– Норвежец? – переспросил маэстро и, закурив сигару, медленно протянул: – Ну, и что же вы умеете делать?
– Петь народные песни!
– О, это большое искусство! – насмешливо процедил маэстро, – что же, оно очень процветает в Норвегии?
– Да, почти как здесь! – холодно ответил я, и не скрывая насмешки, прибавил: – Там так же много народных певцов, как здесь дирижёров!
Лакеи рассмеялись, хозяин состроил хитрую мину, а маэстро вспыхнул и лаконически спросил:
– Ваши условия?
– В зависимости от работы!
– Выступая через каждые полчаса с 8 до 11, при этом исполняя не менее трёх номеров, – сколько вы желаете получать?
– Пятнадцать франков!
– Глупости! С вас хватит и десяти! Идите к музыкантам и прорепетируйте!
– Глупости! – ответил я ему в тон, – или вы дадите пятнадцать, или идите к чёрту со своей скупостью!.. Я не настолько беден, чтобы нуждаться в вашей милостыни!
Маэстро посмотрел на меня и, подмигнув мне, рассмеялся и прошептал:
– Я вижу, что вы такой же норвежец, как я китаец. Не правда ли, ведь вы – француз?
Я пожал плечами и пошёл к музыкантам. Разговорились, распелись, и через полчаса мы уже вместе концертировали на шумной площади. Субботний вечер собрал много публики; ресторан работал вовсю и к 12 часам, после сытного ужина, которым угощал хозяин всех музыкантов, я пошёл по направлению к маленькому отелю «Адриатика», где решил остановиться.
Проводить меня пошёл какой-то болтливый человек, во время ужина подсевший к нам.