Дневник давно погибшего самурая
- Автор: Бузницкий Артур Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Дневник давно погибшего самурая». Краткое содержание книги:
Им не дали времени даже на то, чтобы довезти его живым до участка, сказали всё сделать на месте, в машине, а потом вывезти за город на свалку и выкинуть там. Отец мальчика был сильным мужчиной, поэтому все окна в машине сразу же были забрызганы кровью от борьбы с ним. Он быстро всё понял и не хотел просто так сдаваться, он сопротивлялся им до последнего. Спасти его я уже не мог, а мальчика ещё мог.
Он выбежал за отцом, когда тот уже сел в их машину. И мальчика это спасло. Занятые убийством его отца, схваткой с ним, никто из военных не заметил его через ветровое стекло, которое каким-то чудом ещё не было залито кровью.
Я подошёл к мальчику в то мгновение, в тот самый момент, когда старший из убийц посмотрел в ветровое окно. Ему не нужны были свидетели этой казни, они убили бы без промедления этого мальчика, как лишнего ненужного для них свидетеля, но он его не увидел, я закрыл его своим телом и быстро повёл мальчика к подъезду.
Через секунду и это ветровое стекло было залито кровью, словно отец ребёнка сделал последнее, что ещё мог сделать для него, укрыл, спрятал его последними остатками своей крови. Возвращая мальчика в квартиру, я вспоминал глаза, лицо того первого военного, кто был главным в той машине. Где-то я его уже видел.
Его скуластое жесткое лицо, выбритое всегда до синевы и от этого постоянно воспаленное было как будто подпалено изнутри, каким-то огнём, который непрерывно подспудно бушевал в нём с самого раннего детства и который он давно перестал скрывать, как только устроился работать в органы государственной безопасности своей страны. Теперь этот огонь ему только помогал в его работе, в его делах ради страны. Этот огонь стал его призванием и теперь всегда давал ему возможность в рабочее время готовить то, что он называл про себя «черепаховым супом». Суть его приготовления заключалась в том, что он брал очередного посредственного, в чем-то заподозренного и вскрывал, разрушал его волю, его «панцирь» всеми подручными средствами, которые у него были, а у него их было, поверьте, великое множество, чтобы затем приготовить из его «мякоти», к которой он всегда добирался, как бы его новая «черепаха» не сопротивлялась этому, «вкусный суп» – дело. Таким вкусным он был у него всегда, потому что он был мастером по приготовлению таких блюд и равных ему в этом не было. Он был лучшим в своем управлении, за что его ценили и доверяли самых больших и толстых «черепах», чьи «панцири» мог вскрыть своей нечеловеческой жестокостью только он один.
Редкими свободными вечерами он любил заходить на местный рыбный рынок и наблюдать, как торговцы за своими прилавками умело потрошат для своих покупателей только что выловленный товар. За этим занятием я его и заметил там за несколько дней до вышеописанных событий.
Профессионально, мельком всматриваясь в лица редких прохожих в этот час он ходил между прилавками и останавливался рядом с очередным понравившимся ему, чтобы ещё раз понаблюдать за стремительными мастерскими движениями продавцов, которые за несколько секунд освобождали от панцирей, любой кожи и чешуи, любое тело животного или рыбы, пойманных в сеть или на крючок, при этом о чем-то своем думая, иногда чему-то улыбаясь, он каждый раз внезапно и страшно обнажал на секунду, как лезвие своего ножа, желтые прокуренные зубы. При этом, он домой никогда не торопился, семьи у него не было, а мать, давно болеющая онкологией, его всегда вгоняла в бессильную тоску оттого, что ничем не мог ей помочь. Мать он любил и она его тоже, но помочь друг другу они уже ничем не могли… Когда в первый раз увидел его на этом рынке, я уже появлялся в Сантьяго на кануне словно в предчувствии чего-то…Но ещё не знал, что очень скоро опять сюда вернусь ради того голоса. И вот я здесь, и все эти люди, встреченные мною сейчас в этом городе, сложились вдруг воедино в эту головоломку из сплетенных вместе судеб, созданных своими случайностями. Случайностями ли…
И теперь я понял, уходя из квартиры этого мальчика, что нужно сделать до начала этих едва ли поправимых событий, чтобы хотя бы кого-то спасти перед этим военным переворотом, кто заслуживал этого, кого будут продолжать любить и после их смерти, даже если мне не удастся то, что я уже задумал. Для этого, как только вышел из подъезда этого дома, я нашел укромное место среди городских дворов, чтобы не шокировать своими преобразованиями случайных прохожих и вернул себя усилием воли (какой ценой вы уже знаете) на два дня назад этих уже известных событий, которые можно было ещё изменить.
…я ждал. Вечер только начинался. Рынок в это время был уже полон людей. Они заходили сюда после работы, чтобы купить что-то свежего на ужин. И только что сюда зашли знакомый мне мальчик со своей матерью, молодой красивой женщиной, они начали ходить по рядам, что-то для себя выбирая. Через некоторое время у одного из прилавков они случайно столкнулись с уже знакомым мне мужчиной. Одного взгляда на него в этот момент было достаточно, чтобы понять – он давно и безнадежно влюблен в эту красивую женщину, в мать этого мальчика, и влюблен на самом деле ещё с ранней юности, когда они ещё были подростками. Но она…она же по едва мелькнувшим в её глаза страху и презрению, давно его боялась, живя по соседству, практически рядом всю жизнь, она прекрасно знала где он работает и чем занимается. Схватив ребёнка за руку, женщина быстро отошла от него, не то, что ни поздоровавшись, даже не взглянув больше в его сторону. Мужчина только улыбнулся ей в след в яростном бессилии, обнажая по привычке лезвия ножа из своих прокуренных зубов.