Спаси меня от себя

— То, что я не прощаю — предал. И если можно, я бы не хотела об этом говорить. Ты отвезешь меня на осмотр?

— Я отвезу тебя на осмотр, но также и сам могу тебя осмотреть. Если ты не забыла, я все-таки такой же травматолог, как и Андрей, — слишком громко кладет вилку на стол.

— Справку с мокрой печатью для универа тоже мне выдашь? — сжимаю кулаки и обессиленно откидываюсь на спинку стула.

Внезапно открывшаяся от сквозняка дверь громко бьется о стенку, чем заставляет вздрогнуть от сильного хлопка. Как это похоже на наш скандал.

— Не выдам, я не выдаю справки.

— Так о чем беседа вообще тогда?

Папа хмурится еще больше и молча доедает завтрак, после чего встает, громко шаркнув стулом и демонстративно идет мыть посуду. Пусть у нас и есть негласное правило, что я всегда мою посуду. Ладушки, характер показываем.

— 10 минут на сборы, — сухо кидает, прежде чем выйти из кухни.

Спокойно допиваю чай, доедаю все оставшееся в тарелке и одновременно просматриваю последнее входящее.

«Еще в пути, но он точно будет замечательным, ведь ты у меня первая».

Сердце замирает от, казалось бы, простых слов и вновь несется вскачь. И пусть на периферии маячит отвратительное предчувствие, но я не даю плохим мыслям испортить уже благоухающий сад распустившихся цветов в душе.

Поездка в автомобиле длится так долго, что я неосознанно стучу ногой, чем вызываю ненужное раздражение и без того злого отца.

Погода шепчет. Уже пальцем постукиваю по двери, закапываясь в мысли глубже некуда.

— Хватит, даже если ты пробьешь пол и будешь подгонять машину сама, мы быстрее не поедем. Тут пробка как бы! — отец не выдерживает и его прорывает как только что сломавшийся смеситель, из которого фонтанирует струей холодной воды.

— Я поняла, просто не люблю опаздывать.

— Ха, ты просто сильно спешишь к нему. Думаешь, я не понимаю, с кем ты так отчаянно переписку ведешь?

Уголки губ опускаются, и мой взгляд уныло скользит по разъяренному лицу отца.

— Почему бы тебе не высказать мне все сразу, чтобы не копить негатив до момента, когда эффект разорвавшейся бомбы будет казаться хлопушкой по сравнению с твоим извержением на меня?

— Какая экспрессия, дочь. Нет никакой злобы, меня просто трясет, когда я вижу твой поплывший взгляд, как и у всех тех дурочек, купившихся на его внешность, — отец резко тормозит, потому что умник спереди возомнил себя водителем бетмобиля, а не старенького жигуля

— Куда ты, мать твою, несешься! Совсем с мозгами поссорился?! — вопит через открытое окно, а затем долго и продолжительно жмет на клаксон, выплескивая все негодование на бедного парнишу лет 20. —Права купил, а мозги нет!

Я перевожу сбившееся дыхание и осторожно оглядываюсь по сторонам.

— Значит так, я тебя предупредил и его предупредил. За последствия отвечаете оба. Я его быстро пристрою в его же отделение, будет сам себя лечить, а тебя закрою дома под семью замками.

Я открываю рот, чтобы хоть что-то сказать, но опять сталкиваюсь со взглядом, способным убить на месте, и потому не нахожу лучшего решения, кроме как не драконить человека еще больше.