В пламени ветра [ЛП]

Я медленно развернулась осматриваясь.

С этом месте было что-то не так, мне хватило секунды, чтобы понять это.

— Ты тоже их чувствуешь? — спросила Жизель.

Я обернулась к ней.

— Кого?

— Духов, — сказала она просто и без страха.

Я подняла руку в пространстве между нами.

Между пальцами завыли потоки воздуха.

— Да. А я-то думаю, что это такое.

Души мёртвых, в особенности те, что рядом с Чтецом из-за любви или ответственности, часто остаются в доме своего Чтеца. Ждут его.

Жизель улыбнулась.

— У меня есть книга, по которой я учусь. Хочу воспользоваться ею, чтобы помочь тебе. Талан говорил, что я должна расширять свои возможности, пытаться находить новые способы Считывать грядущее, чтобы видения были яснее.

Не дожидаясь ответа, она побежала вверх по лестнице, топая, как стадо разъяренных буйволов. Я покачала головой, и Кактус засмеялся.

— Заметила, как быстро она выкинула из головы нападение на нас?

Пета кивнула.

— Это чудесное свойство юности. Быстро забывать, как близко ты был к смерти.

Я села рядом с ней на коврик, скрестив ноги. Она свернулась у меня на коленях, положив голову на бедро. Я погладила её, но ничего не стала спрашивать про Талана. Кем бы он ни был, она ещё не готова рассказать.

Когда решит — я её выслушаю, я научилась доверять её суждениям. Она продолжительно выдохнула мурлыкая.

— Я скоро расскажу тебе.

Улыбнувшись, я подняла голову на звук стала бизонов, мчащихся по лестнице. Этому ребенку ни к кому не удастся подкрасться.

Жизель шагнула в дверной проем с огромной книгой, размером почти с её туловище. Кожаная обложка была в плесени и трещинах, корешок отломан, а страницы потрепаны. Кожа обложки что-то напоминала, но я не могла вспомнить, что именно. Словно я уже видела подобный рисунок, но узнать его с такими повреждениями не могла. Более того, обложка привлекала внимание. Массивная пентаграмма, вырезанная на лицевой стороне, оставалась в прекрасном состоянии. Волосы на затылке встали дыбом.

— Книга заклинаний, — произнесла я, борясь в желанием вырвать у неё книгу и швырнуть в ближайшее пламя.

Жизель улыбнулась.

— Да, ты знаешь, что это?

— Тебе дал это Талан?

Она побледнела.

— Нет, он… Он ушёл, а потом я нашла это на чердаке.

Даже слизь улитки не более скользкая, чем та наклонная, по которой она пошла.

— Можно взглянуть?

Она сжала челюсти, а в глазах появился странный огонёк.

— Она моя. Это я её нашла.

Она сделала шаг назад.

Пета низко заурчала.

— Он бы не хотел, чтобы это попало к ней.

Маленький Чтец нахмурилась.

— Вы не хотите, чтобы она осталась у меня. Но она МОЯ!

Она развернулась, чтобы убежать.

Я кинулась за ней прямо с пола, пресекая её попытки вырваться. Книга отпрянула, а потом обернула меня собою, сжимая своей обложкой, как питон.

Питон, вот из чьей кожи сделана обложка. Книга сжимала меня сильнее и сильнее, а я пыталась дышать. Черного Дрозда побороть я бы смогла, но это… Книга протяжно зашипела и продолжила медленно ломать мне кости.