Маленькая черная ложь [Little Black Lies-ru]

Волнение усиливается. Всё против нас — и ветер, и прилив. Так что добираться до полузатопленного судна придется дольше, чем обычно. Высота волн достигает пяти или даже шести футов. Они обрушиваются на нос лодки; капли воды камешками скатываются по корпусу, стекают со стекол рулевой рубки. Каллум не шевелится.

— Тебе нехорошо. Лучше выйди на палубу.

— Всё в порядке. У меня не бывает морской болезни.

Не знаю, в чем причина, но ему не по себе. Лицо нездоровое, серо-зеленого цвета, как волны, перехлестывающие через борт лодки. Почувствовав мой взгляд, он поднимает голову:

— Я знаю, ты не хочешь этого слышать, но на островах живет убийца.

Сердце начинает биться быстрее. Спина покрывается мурашками, не имеющими отношения к ветру и холоду.

— Это не Глазго, Данди или Лондон. — Я изо всех сил стараюсь говорить непринужденно, словно полушутя. — Нас тут всего пара тысяч. Каковы шансы, что один из жителей — психопат?

Его взгляд становится жестким:

— Я, конечно, не специалист, но мне кажется, что больше, чем шансы на исчезновение трех мальчиков в возрасте от трех до семи лет за три года.

Похоже, это подходящий момент сосредоточиться на штурвале.

— Я был в Порт-Ховарде, когда исчез Фред. Стопфорд тоже. Я умолял его обыскать все лодки в порту, но он отказался. Сказал, что владельцы сами их проверят, и если мальчик прячется в одной из них, его найдут, не прибегая к дезорганизующим и неприятным поискам.

Я не отвечаю. Нет смысла. Ему еще есть что сказать:

— Подумай об этом, Кэт. У нас два главных события года — школьный спортивный праздник и Зимний Заплыв. Повсюду бродят толпы народу. Дети убегают от родителей. Подумай, разве это не самое подходящее время для педофила?

Я качаю головой. Он просто не понимает. Не в состоянии понять, что здесь такого просто не может быть.

Каллум повышает голос, обрушивающийся на меня холодной волной:

— Господи, Кэтрин, что с тобой случилось?

Теперь я смотрю на него. И совсем забываю о лодке. Уж от него-то…

— Извини. Глупость сморозил. — Он встает и проводит ладонью по лицу. — Черт знает, сколько времени не спал…

Я снова поворачиваюсь к штурвалу.

— Арчи пропал не во время праздника. Он просто был на пикнике с родителями.

— Может, преступник меняет привычки? Он мог несколько дней следить за Арчи и его родителями.

— Он?

Каллум стоит прямо за моей спиной. Я вижу его отражение в стекле рулевой рубки, и там он не такой высокий, каким я привыкла его представлять. Ноги широко расставлены, чтобы удерживать равновесие при качке.

— Педофилы и детоубийцы обычно мужчины.

Если лодка резко задерет нос, он упадет прямо на меня.

— Когда Фред пропал, несколько подростков говорили, что видели маленького мальчика, который направлялся к пляжу. Они пошли за ним, но там его не было. Значит, он не добрался до берега. Когда исчез Джимми, несколько человек сообщили, что, кажется, видели его рядом с припаркованными машинами.

— Насколько я помню, ни один из них не был в этом уверен.

— Почему ты думаешь, что все они пропали около воды?

Отступать он не собирается.

— Если здесь кто-то хочет причинить вред ребенку, велика вероятность, что это произойдет на воде.

— Думаю, у него лодка. Должно быть, он каким-то образом заманивает детей к себе на лодку, а потом… — Каллум поднимает руки и широко разводит их. — Здесь очень много мест, куда можно отвезти ребенка.

— Почему ты мне это рассказываешь?

— Потому что женщине, которую я знал, не все равно.

Я больше не могу смотреть даже на его отражение. У женщины, которую он знал, было два сына, и их нужно было защищать. Конечно, будь Нэд и Кит живы, я волновалась бы, что на свободе бродит убийца. Но теперь мне настолько все равно, что я даже не принимаю слова Каллума всерьез. Он прав. Что со мной произошло?