Книга песен Бенни Ламента [litres][The songbook of Benny Lament]
- Автор: Хармон Эми
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Клевер-Медиа-Групп
- ISBN: 978-5-00154-785-3
- Переводчик: Ирина Владимировна Павлова
- Жанр: Другие романтические романы
Электронная книга - «Книга песен Бенни Ламента [litres][The songbook of Benny Lament]». Краткое содержание книги:
Перед голосом этой девушки невозможно устоять. Дуэт Бенни и Эстер гремит на всю страну. Его песни, ее вокал – они идеальная пара. Пара, которую готовы видеть вместе на сцене, но не в жизни. Слава или страсть? Счастье или творчество? Что они поставят на карту ради любви, когда обоим будет угрожать смертельная опасность?
– Что ж… это хорошо. – Отцовская рука все еще прижималась к моему лицу, и он снова погладил меня по щеке. – А я вот своего отца ненавидел. Но не за то, что он меня бил. И не за то, что он ругался на меня и я чувствовал себя несчастным. И даже не за то, что он пропивал те жалкие гроши, что у нас были, вынуждая меня частенько голодать и замерзать. Я ненавидел его за то, что он ненавидел меня.
– А почему он тебя ненавидел?
– Может, потому что я был слишком похож на него, – пожал плечами отец, и его рука, отлипнув от моей щеки, безвольно упала. – Может, потому что я в нем нуждался. Не знаю. Думаю, он ненавидел меня просто потому, что, кроме ненависти, ничего не мог мне дать. Когда я выиграл свой первый большой бой, я купил ему ящик лучшего вина, какое только мог себе позволить. Но оно все равно было чертовски дешевым. Отец выпил все. А потом чуть не утонул в своей моче и блевотине.
Я никогда прежде не слышал от отца рассказа об этом случае и хранил молчание в ожидании продолжения, но отец оборвал его на полуслове, загнав воспоминания о своем отце на задворки памяти.
– Когда ты появился на свет, я пообещал себе: я стану другим. Буду заботиться о тебе. – Голос отца сделался громче.
– Ты и заботился, – сказал я.
– Я поклялся, что ты никогда не будешь голодать. Я поклялся, что ты никогда не будешь спать на полу, как спал я, потому что на полу было меньше блох, чем в моей кровати. Я поклялся, что ты никогда не увидишь меня пьяным и никогда не ощутишь на себе силу моих кулаков или сапог.
– И ты ни разу меня не ударил…
Отец сдержал все обещания, которые дал себе.
– Но, чтобы сдержать эти обещания, я должен был тебя обеспечивать. Знаешь, почему деньги – корень всякого зла?
Я помотал головой.
– Почему?
– Потому что их отсутствие влияет на все остальное. Если мужчина не в состоянии позаботиться о себе, ему одна дорога – в гроб. Защищать, обеспечивать – вот что должны делать мужчины на этой бренной земле. И я решил, что тоже смогу это сделать. Но умом я не блещу. Талантами тоже. Я не умею ни строить, ни творить, ни латать или восстанавливать что-то. А после того, как Бо Джонсон уложил меня на ринге и чуть не выбил из меня дух, я понял, что не умею даже драться по-настоящему.
Отец резко встал, словно вдруг осознал, что наговорил лишнего. Он взял мою тарелку и смахнул с нее кости в мусорное ведро, а потом сделал то же самое со своей. Я тоже поднялся и вытер стол. Я не стал давить на отца и пытать его расспросами. А он явно весь извелся, собираясь с мыслями. За его рассказом скрывалось что-то еще. Я не заметил, как мы перескочили с Бо Джонсона к проигранным боям и отцовской ответственности, но не сомневался: в сознании отца все это было как-то связано.
– Я не жду, что ты меня поймешь. И, по правде говоря, даже не хочу этого. Но ты должен знать, – сказал отец. – Ты должен знать…
– Что именно я должен знать? – спросил я.
– Ты должен знать, что я тебя любил. И старался поступать с тобой по справедливости. И делать все в твоих интересах.
– Папа, о чем ты вообще говоришь? – смутился я.
Конечно же, я знал, что он меня любил. Хотя никто из нас не озвучивал это вслух. Отец отмахнулся от меня, отмахнулся от своих слов, как будто мог выбросить их из воздуха, а эмоции – из наших сердец.
– Забудь об этом, мой мальчик. Я старею. Я просто очень рад тебя видеть дома. Почему бы тебе не сыграть мне что-нибудь? Я тебя в последнее время почти не слышу. Давай! А я потом сам приберусь. – Взяв у меня из рук пустую кофейную чашку, отец поставил ее в мойку рядом с грязной посудой. – Давай! Сыграй для меня что-нибудь, Бенни, – не преставая просил он.
Я сел за старое пианино и пробежал пальцами по клавишам, возобновляя с ними знакомство. Каждое пианино звучит по-своему. У каждого свое натяжение струн, свои возвратные пружины, свой тембр, и, чтобы почувствовать новый инструмент, всегда требуется время. А полностью освоиться за ним можно, лишь сыграв несколько мелодий в разном ритме. Но с этим пианино мы были старыми друзьями. Левой рукой я наиграл первые такты «Хабанеры» из «Кармен», такой характерной и медленной: там-та-там-там, там-та-там-там.
Отец заулыбался.
– То что надо. Сыграй это в память о своей матери.
Я сосредоточился на мелодии, но выдерживать темп и накал Бизе не располагало настроение. Моя «Хабанера» превратилась в нечто мучительно протяжное и одинокое. Я не владел французским, но историю Кармен знал. И она была чертовски трагичной. Пронзенная кинжалом, Кармен погибла на руках человека, которого дразнила, над которым насмехалась, которого любила, а потом отвергла. Всю оперу можно было бы выразить этими строками «Хабанеры»: