Средь тяжкого труда и скорби [СИ]

— Однако это пара предложений из разговора между старшим офицером храмовой стражи и одним из старших инквизиторов Клинтана, — указал Рок-Пойнт. — Возможно, это не «подтверждение», насколько ты обеспокоен, сейджин Мерлин, но это достаточно близко к этому, чтобы я мог продолжать.

— Согласен. И если кому-то удалось убить «нескольких» викариев, то это именно то, на что Клинтан навесил бы железный колпак. Он бы не хотел, чтобы такие новости просочились наружу.

— Тогда, может быть, нам следует убедиться, что это действительно выйдет наружу.

— Нет, пока мы не сможем подтвердить, что это действительно произошло. Одна из вещей, которая сделала нашу пропаганду эффективной, заключается в том, что мы не сказали ни слова лжи в наших листовках, которые продолжают распространять дистанционно управляемые пульты Совы. Нам и не пришлось этого делать — Клинтан предоставил нам все настоящие живые зверства, которые нам когда-либо могли понадобиться, черт бы его побрал.

Мерлин сделал паузу, услышав грубую, уродливую ненависть, которая текла в его собственном голосе. Мгновение он стоял молча, затем встряхнулся.

— Как я уже сказал, — продолжил он более нормальным тоном, благодаря Рок-Пойнта за то, что он не обратил внимания на паузу, — нам не пришлось ничего изобретать, чтобы наша пропаганда показала зубы. К этому времени многие люди даже в землях Храма тоже начинают это понимать. Так что последнее, что нам нужно сделать, это сообщить, что викариев убивают направо и налево, а затем попросить Клинтана предъявить предположительно мертвых викариев живыми и здоровыми.

— Ты же знаешь, что он собирается заявить, что они живы и здоровы, даже если они мертвее, чем рыба через пятидневку после вылова.

— Да, но думаю, что этот трюк начинает изнашиваться, по крайней мере, среди более искушенных. И давай посмотрим правде в глаза: психологическая война такого масштаба, когда у другой стороны с самого начала такое подавляющее преимущество, займет некоторое время.

— Хм.

Рок-Пойнт мрачно возвышался над водами гавани Теллесберг. Он признался, что предпочитал проблемы, которые мог решить мечом или залпом. Перевоспитание и обращение врага были скорее сильной стороной его старшего брата.

— Хорошо. Так что нам придется посидеть над этим еще некоторое время. Однако я скажу тебе, Мерлин — если те двое, которых подслушал Сова, были правы, и эти таинственные смерти не были несчастными случаями, я знаю, кто мог бы подтвердить это для тебя.

— Ты думаешь об Эйве?

— Конечно, же! Ни у кого нет лучших контактов, чем у нее, в землях Храма. Черт возьми, по крайней мере, четверть времени она слышит то, о чем даже Сова не пронюхал! Если уж на то пошло, если на улицах Зиона действительно есть трупы, я готов поспорить на сто марок, что это она положила их туда.