Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: М.: Наука, 2008. - 476 с.
- ISBN: 978-5-02-035966-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года». Краткое содержание книги:
Для историков, политологов и более широкого круга читателей.
Предлагая подписать пакт, японские руководящие круги хотели действительно освободить себе руки для войны на юге. Из японских документов известно, что незадолго до этого правительство Японии, видимо, осведомленное о германских планах нападения на СССР, приняло решение сосредоточиться на войне с Англией и США в районе Азии и Дальнего Востока и не втягиваться в войну с Советским Союзом. Вероятно, оно хотело до германской атаки против СССР сделать для Берлина ясным свое решение. В то же время в Токио пришли к выводу, что целесообразно оставить все спорные вопросы советско-японских отношений до будущих времен и зафиксировать это в письмах Японии и Советского Союза.
Далее Мацуока и Сталин изложили свои позиции, которые, представляют значительный интерес в контексте их общей оценки международной ситуации. Особого внимания заслуживает позиция Сталина.
Прежде всего Мацуока подчеркнул, что наличие у Японии союзного договора с Германией не означает, что она должна связывать руки СССР. Наоборот, в случае каких-либо осложнений Япония могла бы посредничать между СССР и Германией. Он вновь упомянул возможность для СССР выйти через Индию к водам Индийского океана и даже предложил СССР захватить город-порт Карачи. По словам японского министра, также настроена и Германия. Затем министр опять говорил о «моральном коммунизме», о борьбе с англосаксонским опытом Чан-Кайши и т. п.[1052]
В ответ Сталин откровенно напомнил предложение Молотова в Берлине о том, что СССР был бы готов присоединиться к пакту трех, превратив его в пакт четырех. Но Гитлер не согласился, сказав, что Германия в военной помощи пока не нуждается. Теперь, по словам Сталина, только в том случае, если дела в Германии и Японии пойдут плохо, можно поставить вопрос о пакте четырех. Поддержав идею улучшения отношений между Японией и СССР, он неожиданно в явном противоречии с недавним заявлением Молотова поддержал идею пакта о нейтралитете[1053]. Были урегулированы остающиеся спорные моменты, согласованы идея декларации о Маньчжоу-Го и о Монголии, а также вопрос об обмене письмами по поводу концессий на Северном Сахалине. При этом Сталин и Мацуока обменялись довольно едкими репликами о продаже Северного Сахалина. Все вопросы о пакте были решены.
В заключение Мацуока, повторяя слова Гитлера, снова заговорил о выгодах выхода СССР через Индию к теплому морю, на что Япония была бы не только согласна, но и помогла бы «уговорить» индусов. Сталин в ответ откровенно заметил, что получение Японией запрашиваемой территории даст ей спокойствие, а СССР придется вести войну в Индии[1054].
На следующий день пакт о нейтралитете между СССР и Японией был подписан (Молотовым и Мацуока) с добавлением короткой декларации, состоялся обмен письмами[1055].
На встрече с Молотовым 14 мая Татекава заговорил о слухах об ухудшении советско-германских отношений. Но Молотов, не вдаваясь в подробную дискуссию, опроверг сообщения о концентрации 100 с лишним советских дивизий и нескольких десятков немецких по обе стороны границы[1056]. А на последующей встрече они обсуждали вопросы подготовки рыболовного и торгового соглашений[1057].
Теперь мы можем вернуться к вопросу о намерениях советского руководства, причинах внезапной перемены его позиции и согласия на пакт о нейтралитете с Японией. Г. Городецкий, как уже отмечалось, объяснял это попытками Москвы возобновить диалог с Гитлером и присоединиться к тройственному пакту, действуя на этот раз через Японию. Посол Англии Ст. Криппс называет другую причину, подхваченную многими исследователями: Москва пошла на заключение пакта, чтобы обезопасить свою границу на Востоке в свете угрозы войны на Западе.
Оценивая пакт о нейтралитете в контексте позиции и Японии и СССР, выскажем следующие предположения.
Япония готовилась начать активные и обширные действия против англичан и американцев, и ей важно было обеспечить свой тыл и устранить опасность войны на два фронта. Мацуока убедили в Берлине, что немцы явно не намерены больше договариваться с СССР, хотя Гитлер и не сообщил прямо японскому министру о принятом решении начать войну против СССР. Мацуока мог догадываться об этом и, видимо, так можно объяснить его заключительные замечания Сталину по поводу слухов об ухудшении советско-немецких отношений.
Немецкие и японские документы свидетельствуют, что Гитлер не советовал Японии заключать с СССР пакт о ненападении[1058]. Германия была заинтересована прежде всего в том, чтобы направить Японию на юг и активизировать ее противодействие Англии и США.
1052
Городецкий Г. Указ. соч. С. 560–561.
1053
Там же. С. 562.
1054
Там же. С. 564.
1055
Там же. С. 565–567.
1056
Там же. С. 680.
1057
Там же. С. 707–713.
1058
Documents on German Foreign Policy. 1918–1945. L., 1937–1945.