Чан Кайши

Так что удивительно, что до середины XVI века здесь практически не было китайцев. Хозяевами красивого острова были аборигены-австронезийцы[121], совсем не похожие на своих соседей из Китая. Но затем началась миграция с китайского материка, особенно усиливавшаяся во времена Цинской монархии, собственно, и включившей Тайвань в состав Китайской империи в 1683 году. До того же, в XVI веке, на юго-западном побережье острова обосновывались голландцы, а потом, на севере, — испанцы. В середине XVII века, когда почти весь Китай оказался под властью маньчжуров, голландских колонизаторов победил ненавистник Цинов и европейцев китайский флотоводец Чжэн Чэнгун (1624–1662), образовавший на месте голландской колонии китайское государство Дуннин (Восточный мир). Но оно просуществовало всего 22 года и пало под ударами Цинов.

Долгое время Тайвань административно был частью провинции Фуцзянь, а в 1887 году Цины выделили его в отдельную провинцию. Но уже в 1895 году его захватили японцы, разгромившие Китайскую империю в ходе войны 1894–1895 годов. В результате Тайвань стал колонией японского империализма и оставался таковой, как мы знаем, вплоть до победы Китая во Второй мировой войне.

Колониальное господство наложило огромный отпечаток на образ жизни, социальное и экономическое положение островного населения. Оно составляло перед Второй мировой чуть больше пяти миллионов человек (из них коренные тайваньцы, то есть китайцы, родившиеся на Тайване, — более 400 миллионов 700 тысяч, японцы — более 250 тысяч, китайцы, приехавшие в XX веке, — около 45 тысяч и аборигены, давно оттесненные в горы китайцами, занявшими плодородные долины, — около 150 тысяч). Японцы не только эксплуатировали своих подданных, но вместе с тем и цивилизовали их. Они установили гражданский порядок, стабилизировали денежное обращение, провели переучет всех земель, инвестировали деньги в инфраструктуру и гидроэнергетику, механизировали сельское хозяйство, развили систему образования (к 1937 году более полумиллиона тайваньских детей ходили в школу, а свыше четырех тысяч юношей и девушек получали высшее образование), организовали крестьянские ассоциации и кредитные союзы и даже ввели систему выборов местной городской и сельской администрации (к 1939 году свыше 286 тысяч мужчин-тайваньцев в возрасте от 25 лет получили право голоса). Можно сказать, Тайвань до Второй мировой войны процветал. Уровень доходов населения непрерывно возрастал. В 1926–1930 годах прирост ВНП[122] на острове составил более восьми процентов, а в 1931–1935 годах, даже несмотря на мировой экономический кризис, — 5,21 процента! Эдгар Сноу, американский журналист, посетивший остров в 1930 году, вспоминал: «Это, конечно, была колония, но администрация, похоже, не брала взяток, а люди, как видно, чувствовали себя в безопасности в своих домах и не волновались, что у них отберут собственность, пока они соблюдают закон. Земля была чистой и процветающей, нищие — редкими, общественные службы, включая санитарные и здравоохранения, — хорошими, школ насчитывалось множество, а уровень жизни и процент грамотности на Формозе был выше, чем в любой другой провинции Китая».