Я твоя тень [СИ]

— Он хотел, чтобы я побыстрее нашёл Патрика, всё истерил, мол, тот убьёт его. Хотя лично я не видел повода дёргаться, ведь Патрик обратился к журналисту, а не к киллеру. Логично предположить, что он хотел, чтобы Ференц раскаялся, а не убивать его. Но Ференц всё дёргался. Мне никак не удавалось найти Патрика, а потом, незадолго до того, как Ференц привёл тебя ко мне, он вдруг передумал. Стал спрашивать, сколько я возьму, чтобы убить журналиста.

— А ты…, — я чуть было не спросил, не подрабатывает ли Джон киллером, но вовремя спохватился и закрыл рот.

Джон скосил на меня глаза.

— Вот, блин… Всё не привыкну, что ты — это не он. Так, ладно, мне закончить? Смотрю, тебе стало не интересно.

— Нет-нет, продолжай, пожалуйста, — попросил я.

— Короче, Патрик внезапно перестал ему быть интересен, Ференц помешался на планировании убийства. Мы договорились, что пока он не накопил нужную сумму, ему лучше не появляться на глаза ни Риверу, ни кому-то подобному. Даже не знаю, почему он решил, что я смогу найти киллера. Через какое-то время он, очевидно, понял, что я против убийства и не помогу с этим. И даже почти успокоился. Теперь мне ясно почему.

Джон замолчал и из-под сдвинутых бровей взглянул на меня. А на губах появилась полуулыбка. Он словно насмехался надо мной. Внезапно вся моя жалость к себе сменилась злостью. Да, это я попал в глупую историю, поверил, что могу что-то значить для такого человека, как ты. Но это не давало Джону, кем бы он ни был, высмеивать меня. Я бы разрешил это сделать только тебе. И никому другому.

— Это всё? — спросил я грубо. — Я думал, ты окажешься полезнее.

Джон удивленно вскинул брови.

— Да ты, я смотрю, тоже борзый. Слушай, я тебе ничего не должен и ты мне тоже. Давай, не будем нагнетать, окей? Если тебе что-то не нравится, просто иди домой. Или…, — я схватился за ручку, чтобы открыть дверь из машины, но Джон схватил меня за руку. — Чисто из любопытства, что ты будешь со всем этим делать? Ты теперь за него или как?

До меня не сразу дошло, что Джон имел ввиду. Я был зол, уязвлён и растерян, поэтому буркнув «это моё дело», вышел на улицу и шёл быстрым шагом столько, сколько нужно было, чтобы потерять Джона из виду. Но уже у самого дома, моего нового дома — съёмной квартиры, где меня ждал ты, до меня дошёл один факт. Теперь я — Ференц Чейн. У меня твои документы и твоё лицо. А это значит, что отныне ты — моя тень.