Бегемот. Структура и практика национал-социализма 1933 - 1944 гг.

Национал-социализм утверждает, что остановил эту тенденцию и что создал общество, различающееся не классами, а в соответствии с занятиями и образованием. Это абсолютно неверно. Фактически национал-социализм довел до высшего совершенства тот ход развития, на который он был намерен нападать. Он уничтожил все институты, которые при демократических условиях сохраняли остатки человеческой спонтанности: частную жизнь индивида и семьи, профсоюзы, политические партии, церковь, свободную организацию досуга. Распылив подчиненное население (а до некоторой степени также и правящий класс), национал-социализм не устранил классовые отношения; напротив, он сделал классовые антагонизмы более глубокими и прочными.

Национал-социализм неизбежно должен довести до крайности процесс бюрократизации, характеризующий структуру современного общества. В современной антибюрократической литературе этот термин означает нечто большее, чем численный рост государственных служащих, и особенно чиновников. Общество изображается как состоящее из свободных людей и автономных организаций, с одной стороны, и из бюрократической касты — с другой, которая получает все больше и больше политической власти. Картина неточна, поскольку общество не является совершенно свободным и небюрократическим, и при этом и общественная бюрократия — не единственный носитель политической и социальной власти.

Бюрократизация, правильно понятая, является процессом, действующим и в публичной, и в частной сферах, как в государстве, так и в обществе. Это означает, что человеческие отношения утрачивают свою непосредственность и становятся опосредствованными отношениями, в которых третьи лица, публичные или частные функционеры, более или менее надежно укрепившиеся у власти, авторитетно предписывают человеку нормы поведения. Это весьма двойственный процесс, как прогрессивный, так и реакционный. Рост бюрократии в общественной жизни не обязательно несовместим с демократией, если цели демократии не ограничиваются сохранением индивидуальных прав, но включают также и содействие определенным социальным целям. Даже в социальной сфере рост частных организаций не является полностью регрессивным. Он приносит некоторый порядок в анархическое общество и таким образом рационализирует человеческие отношения, которые иначе были бы иррациональными и случайными.

Если члены профсоюза решают изменить свои условия труда, они делают это, принимая рекомендацию своих чиновников, которым предоставляется право решать. Когда политическая партия формулирует какую-либо политику, то это делает именно партийная иерархия. В спортивных организациях машина президентов, вице-президентов, секретарей и казначеев приводит в действие подготовку к матчам и продолжение иных групповых действий. Этот процесс посредничества и деперсонализации распространяется также и на культуру. Музыка становится организованной в руках профессиональных секретарей, которым не обязательно быть музыкантами. Радио устанавливает ту точную долю культуры, которая будет переварена публикой, долю классической и долю легкой музыки, долю разговоров и долю новостей. Власть распространяет свое влияние на самые интимные отношения, на его семью. Есть организации для больших семей и для холостяков, ассоциации регулирования рождаемости, консультативные советы обеспечения семейного счастья, кооперативы потребителей, — гигантская мясорубка, изготавливающая фарш из потребителей, полагающих, что они имеют свободу выбора.