Глаза смерти (СИ)

Ферренс планировал провести эту ночь в Лондоне и был уверен, что Артур тоже останется здесь. Но получив известие о внезапном отлете Артура, помчался в аэропорт. Его самолет вылетел на Майорку спустя полтора часа после самолета Артура.

Никаких причин гнаться за Артуром не было. Но Джеймс почему-то вспоминал, как зимой Артур вот так же отправился на встречу со старой ведьмой герцогиней, а потом… Потом начался кошмар, который не закончился до сих пор. Джеймс панически боялся, что Артур снова сделает что-то… Но его страхи были напрасными. Прибыв на виллу, Артур вел себя так, словно ничего не случилось. Как будто и не было кровавой драмы на краю скалы. Не было жертв.

Новая охрана во главе с Бенном резко усилила меры безопасности. В апартаментах Артура и прочих помещениях были установлены новые камеры наблюдения и подслушивающие устройства. Камеры были установлены и в садах виллы. Технически их было невозможно установить только на маленьком пляже у подножья скалы, куда Артур регулярно ходил купаться. Но близлежащая акватория постоянно мониторилась, и если какое-нибудь суденышко подходило слишком близко к берегу, сразу поднималась тревога. Однако около полуночи ни одна лодка не подходила близко к пляжу. После возвращения из Лондона он никуда не выезжал с виллы. В интернете он продолжал зависать на русских философских и околорелигиозных форумах и на сайтах воздушного и морского движения. Но не было ни намека на общение с Алтухиным. Принц Ахмад регулярно присылал Артуру на е-мейл письма, написанные цветистым стилем, о том, как он мечтает вновь увидеть Артура. Джеймс скрежетал зубами от ревности. Но Артур не отвечал на письма Ахмада. Он даже перестал читать их, файлы оставались нераскрытыми. Было ясно, что Ахмад стал Артуру безразличен. Со знакомыми из Лондона Артур тоже перестал общаться. Он не отвечал на их звонки, оставлял без ответа послания. Новая охрана получила жесткие указания не вступать в разговоры с Артуром. Но он и не пытался с ней общаться. Артур превратился в статую – безмолвную, бесстрастную. В его глазах была пугающая черная пустота. Джеймс видел, что мальчик становится все более безразличным ко всему, замыкается в себе. Просто ест, пьет, спит. Днем лежит под тентом у бассейна. Ближе полуночи спускается к подножью скалы на пляж и там проводит час-полтора, после чего возвращается в свои апартаменты и ложится спать. И так день за днем. Эти спокойствие, бесстрастие, замкнутость на грани аутизма могли быть симптомами прогрессирующего психического расстройства. И все серьезнее Джеймс подумывал о том, чтобы показать Артура специалистам. Проблема была в том, как уговорить Артура пройти обследование. Тот мог отказаться наотрез. И что тогда? Силой отправлять его в сумасшедший дом? Артур мог и согласиться на обследование, но Джеймс понимал, что и это может оказаться бесполезным. Чтобы лечиться, требуется желание больного. Безмолвный, тихий саботаж сведет на нет все усилия врачей. Было уже далеко за полночь, а Джеймс все сидел на террасе, примыкавшей к его комнатам, с бокалом коньяка в руке. Он ломал голову над тем, как убедить Артура пройти курс лечения, когда на террасу влетел Бенн. – Сэр, – выдохнул он. – Боюсь… Боюсь, что у нас проблема. – Что? – Ферренс впился глазами в начальника охраны, со страхом ожидая ответа. «Только не Артур! Только не он!» – Сэр, мы нигде не можем найти мистера Алверта. Бокал выпал из рук Ферренса и с тихом звоном разбился на сотни осколков, разлетевшихся по мраморному полу террасы. Джеймсу показалось, что с этими осколками разлетается и его жизнь. Точнее то, что от нее осталось. – Что случилось?? Что??? – заревел он, словно этот его рев мог что-то исправить, вернуть время назад, когда еще ничего не случилось. Бенн, напряженный и бледный, принялся докладывать. Алверт весь вечер провел в своих апартаментах. В 23:50 он вышел из комнат и направился к пляжу, как обычно делал в это время. На нем были только майка, короткие купальные шорты. И перекинутое через плечо полотенце. Больше ничего. За ним, как обычно, следовали телохранители. Они спустились к пляжу по вырубленной в скале дорожке-лестнице. Алверт сбросил майку и вошел в воду, как он это обычно делал. Телохранители оставались поодаль, там, где начинался спуск-подъем к вилле. Бежать Алверту было некуда. Кроме того, бухта мониторилась радарами, и на них не было ничего подозрительного. Алверт часто не вылезал из воды по часу и больше. Далеко от берега он не отплывал, и все это знали. Его часто не было видно в темноте, особенно если ночь была безлунной, как сейчас. Этот момент всегда беспокоил Джеймса, он даже подумывал о том, чтобы кто-то из телохранителей тоже входил в воду, на всякий случай. Но он опасался, что это взбесит Артура. В конце концов, деваться мальчику было некуда. Вот и в этот раз Артур вошел в воду. Прошло 30 минут, 40, 45… Когда миновал час, телохранители стали пристальнее всматриваться в ночное море. Ничего. Когда прошел 1 час 15 минут, они подошли к берегу. Артура не было видно. Они стали звать его. Никакого ответа. По рации они связались с охраной виллы и полезли в воду. Никаких результатов. Охрана тут же направила в район пляжа моторные лодки … Джеймс больше не слушал Бенна. Оттолкнув его, он ринулся прочь с террасы. Буквально в несколько прыжков достиг края скалы, бросился вниз по дорожке-лестнице, рискуя свернуть себе шею, и пулей вылетел на маленький пляж. Возле самой воды лежали махровое синее полотенце и белая майка. Было тихо и безветренно. С тихим плеском накатывали на песок морские волны. Слева была бухта, освещенная веселыми огнями ближайших поселков. Прямо и справа зияла черная морская бездна, над которой сверкали звезды, казавшиеся враждебными и холодными. Джеймсу показалось, что эта тьма с ее ледяным звездным сверканием вырвалась из глаз Артура и заволокла все вокруг. У него закружилась голова. Как был, в туфлях, брюках и рубашке, шатаясь как пьяный, он вошел по колено в воду. Непонимающе зачерпнул ее ладонями. Вода медленно утекала сквозь пальцы, не оставляя ничего. Ничего.