![Луна и солнце [The Moon and the Sun] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/0/2/7/2/luna-i-solnce-the-moon-and-the-sun-download.jpg)
Луна и солнце [The Moon and the Sun]
- Автор: Макинтайр Вонда Нил
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Азбука, Азбука-Аттикус
- ISBN: 978-5-389-09582-3
- Переводчик: Софья Ардынская
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Луна и солнце [The Moon and the Sun]». Краткое содержание книги:
«Луна и солнце» Вонды Макинтайр — это необыкновенно живописное, яркое и стремительное повествование, соединяющее в себе научную фантастику, фэнтези и любовно-исторический роман, чей исторический пласт выписан весьма тщательно. Автор мастерски воссоздает картину жизни Франции семнадцатого века, когда невиданная роскошь соседствовала с нищетой, свобода нравов то и дело оборачивалась инквизиторской жестокостью, а наука и просвещение уживались с самыми дикими суевериями.
В 1997 году роман «Луна и солнце» был удостоен сразу двух литературных премий — «Небьюлы» и Интергалактической премии за лучший роман.
— Морская женщина покаялась?
— Нет, ваше святейшество.
— Она объявила войну земным людям, — сказала Мари-Жозеф, — а потом исчезла.
— Мне следовало бы отлучить всех вас от Церкви…
Ив упал на колени.
— …но я этого не сделаю. Отец де ла Круа, я повелеваю вам употребить вашу священническую власть. Святая Мать наша Церковь оказалась перед лицом ужасной угрозы. Морские твари…
— Они — не твари, а люди, ваше святейшество! — воскликнула Мари-Жозеф.
— Да, — согласился Иннокентий.
Люсьен был удивлен не меньше Мари-Жозеф и Ива и не поверил своим ушам: папа римский признал факт, наносящий сильнейший удар по его репутации.
— Ваше святейшество, — произнес Ив, — они почти вымерли из-за гонений Церкви. Вместо того чтобы явить им слово Божье…
— …и потому…
— …мы подвергали их пыткам и мукам, словно демонов…
— …историю надлежит…
— …мы охотились на них, как на диких зверей. Я… — Ив умолк, осознав, что перебил Иннокентия.
— …переписать. — Иннокентий кивнул. — Историю надлежит переписать.
Он открыл ящик для живописных принадлежностей и извлек из него стопку листов — эскизы Мари-Жозеф, документировавшие вскрытие. Он скомкал один рисунок и поднес его край к пламени свечи. Листок мгновенно вспыхнул, едва не опалив ему пальцы. Он бросил пепел на золотое ацтекское блюдо.
— Отец де ла Круа, налагаю на вас следующее покаяние. Вы обязаны повсюду отыскивать упоминания о русалках.
Папа схватил книгу месье Бурсена, лежавшую рядом с ним на столе, и швырнул ее на пол.
— В любых книгах.
Он разбросал пачку писем, дожидавшихся перлюстрации, последнюю добычу королевского Черного кабинета; адрес на некоторых был написан размашистым почерком мадам.
— В любых письмах.
Он вырвал несколько страниц из последнего тома дневника месье де Данжо.
— Вам надлежит сделать все от вас зависящее, чтобы предать забвению придворные празднества, дерзновенно превозносящие и воспевающие русалок, и искоренить самую память о сих тварях. Эта карусельная неделя должна вашими усилиями исчезнуть из памяти людской.
Он швырнул на пол несколько лубочных картинок с изображением Шерзад и с описанием ее истории.
— Уничтожьте любую картину, любую легенду, любое упоминание об этих созданиях, в том числе и текст декреталии, в коей русалки почитаются не демонами, а тварями.
Он передал Иву пергаментный свиток, исписанный черными чернилами, с золотыми и алыми инициалами.
— Вы сотрете самую память о русалках. И ныне живущие, и грядущие поколения никогда о них не узнают. Поступайте, как велит вам совесть.
Ив склонил голову. Он развернул свиток и поднес к пламени свечи. Пергамент задымился, скорчился и загорелся. Зал наполнился едким запахом горелой кожи. Ив обжег пальцы и уронил пепел на ацтекское блюдо.
Иннокентий встал с кресла:
— Кто поведет к алтарю эту женщину?
Ив не проронил ни слова.
— Я, — откликнулся его величество.
«Я замужем, — думала Мари-Жозеф. — Меня венчал сам папа римский, меня вел к алтарю сам король Франции и Наварры… а я совершенно равнодушна к этой чести. Единственное, что мне важно, — это то, что я люблю Люсьена, а он любит меня».
Однако он мало походил на влюбленного. Сидя на приоконном диванчике, он, пока она собирала свои скудные пожитки, рассеянно поглаживал кота и глядел в пространство. Мари-Жозеф готовила для Геркулеса корзину, и тот подозрительно косился на ее манипуляции.
— Вы можете жить отдельно от меня, — предложил Люсьен.
Мари-Жозеф удивленно воззрилась на него.
— У вас будет свобода, приданое, возможность заниматься наукой. Я должен покинуть двор и никогда вас не побеспокою…
— У нас будет настоящий, а не фиктивный брак.
— Но, любовь моя, — посетовал он, — не забывайте, я больше не граф де Кретьен. Я всего-навсего Люсьен де Барантон.
— Мне все равно.
— А мне нет. У меня ничего нет, я нищий. Я ничего не могу вам дать. Ни титула, ни богатства, ни детей.
— Ну, все-таки нищета нам не грозит, обещаю! Однако я предпочла бы нищету с вами роскоши с другим. Нищета с вами — это свобода и сердечная склонность, забота и любовь.
Она взяла его за руки, на которых уже не было колец.
— Я была бы счастлива родить дитя, исполненное вашей храбрости и благородства. Но не буду вас мучить.
Она провела кончиком пальца по его брови, по щеке.
— Надеюсь, что когда-нибудь вы передумаете.
Люсьен поцеловал ее ладонь, приник губами к ее губам и неохотно отстранился, вместе с нею предвкушая блаженство.