Олег Верстовский — охотник за призраками [Тетралогия]

— Коля, приди в себя! — крикнул я в лицо пацану, тряся как тряпичную куклу.

Парень помотал головой, как пьяный. Открыв глаза, уже с осмысленным выражением испуганно взглянул на меня.

— Ну, я тебя убью, сволочь! — услышал я злобный рык.

Славка уже вскочил на ноги и, набычившись, возвышался рядом, сжав здоровенные кулаки, смахивающие на пудовые гири.

— Кто первый начал драку? — спокойно поинтересовался я, не обращая внимания на взбешённого Сапрыкина. — Что молчите?

— А ты, мразь, что вмешиваешься? Тебя кто звал? — прорычал Сапрыкин, недвусмысленно вставая в боевую стойку и поднимая кулаки на уровень груди, демонстрируя готовность врезать мне.

— Сапрыкин, опусти руки, — не отводя от него пристального взгляда, приказал я, давая понять, кто здесь главный. — И обращайся ко мне на вы, как полагается: Сергей Александрович. Понятно? Ладно, Коля, иди к Элеоноре Борисовне, пусть она тебя посмотрит.

Колька, понурив голову, медленно переставляя ноги, поплёлся к входу в здание. Быстро бросив взгляд по сторонам, я ещё раз нажал на кнопку охраны, встроенную в ремень, но бравые ребята, которые давно должны были примчаться сюда, будто провалились сквозь землю.

— Что, Сергей Александрович, боишься? — кривя в презрительной гримасе толстые губы, пробурчал с издёвкой Сапрыкин.

Он быстро выхватил из кармана нож, поигрывая им, сделал резкий выпад. Я резво отшатнулся, но длинное лезвие вспороло рукав на уровне плеча. Обожгла резкая боль. Он вновь замахнулся, целясь мне в горло, но согнув руку, я с силой вмазал локтем по его физиономии, нанеся второй удар по его руке, лёгким движением выхватил нож из ослабевших пальцев разбушевавшегося мерзавца. Скрутив ему запястье, я заставил его жалобно взвизгнуть от боли, как маленькую собачонку, которой прищемили хвост, и рухнуть на землю. Я не мог вспомнить, где научился этому опасному приёму, но сейчас мне это здорово помогло.

Тяжело дыша, Сапрыкин приподнялся. Пронзая меня свирепым взором, прошипел:

— Ублюдок, я тебе это припомню.

Мои губы непроизвольно скривила саркастическая усмешка. Перед мысленным взором вспыхнула картина, как меня в узком, тесном помещении зажали трое отморозков. Мне тогда повезло, только у одного из них был нож, который я смог чудом выбить. Остальные пытались напасть на меня с голыми руками, за что поплатились выбитыми зубами. Где со мной это произошло? Я не мог отчётливо вспомнить.

Может быть, в моем взгляде отразились мои чувства, но парень, захлопав по-детски глазами, съёжился, стал, будто меньше ростом, отвёл глаза.