Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Значит, теперь надо разыскать контору супругов Либашей, место работы, так сказать. Найти его было проще, не прошло и часа, как Гжегож уже получил возможность видеть и слышать хозяина.

– Чушь! — заявил он, выходя из упомянутой конторы и садясь за руль. — Это не Ренусь. Похож, очень похож, но не он. И вот теперь Мизюня для меня подозреваемый номер один, от нее тянется не просто вонь — могучая струя смрада бьет в небеса, ее нельзя не учуять. Интересно, что делает эта ваша хваленая полиция? Расследование никогда не было моим призванием, заниматься им я более не намерен, даже вместе с тобой. Вместе с тобой я бы предпочитал заниматься другим…

Я грудью встала на защиту родной полиции.

– Полиция наверняка не знает, что Ренусь — это не Ренусь, ведь им никто не сказал. Я только собираюсь осчастливить их драгоценной информацией. Может, они и располагают какими-то сведениями, но наверняка другого характера. Так ты думаешь, все-таки?…

– Я не думаю, я уверен, — твердо заявил Гжегож. — Ренуся пришили. Воспользовались сходством. Твой ксендз прав, убийца теперь живет под фамилией жертвы. Прошло много лет, даже знакомым он может казаться тем самым человеком, ведь люди с годами меняются. Тут он давно не был, я имею в виду Ренуся. Вот в Штатах, думаю, распознали бы, что это не Ренусь, но в Штаты, ты сама говорила, ездила с доверенностью Мизюня. Сдается мне, она и заварила всю кашу, так сказать, инициатор аферы.

Тут и мне пришла в голову идея, которой я поспешила поделиться с любимым:

– А мне сдастся, что этим, который под Ренуся подшивается, может быть давний возлюбленный Мизюни. Очень на Ренуся похожий или наоборот… Кто бы это мог быть? Ганя не знает?

– Не знает, не помнит. Запомнилась ей только страшная любовная драма, пережитая Мизюней в ранней молодости. А страшная потому, что вроде бы предмет Мизюниней любви оказался то ли преступником, то ли еще кем-то таким… в общем, влюбилась наша Мизюня в Джека Потрошителя…

– …и этот Потрошитель к тому же бросил ее. Ну что за дуры наши девицы, самого важного не помнят, а мне теперь разбиваться в лепешку!

– Зачем тебе? Подбрось эту проблему ментам. Нет, не сейчас, денька через два. У нас мало времени, надо его ценить.

Я целиком и полностью была согласна с Гжегожем, но письмо от Иоланты не давало спокойно жить, и, воспользовавшись тем, что Гжегож поехал к своему экстрасенсу, я забежала домой.

На автоответчике оказалась записана вежливая просьба капитана Борковского как можно скорее связаться с ним. Высказана была просьба сегодня утром. Умный человек капитан, наговорил на автоответчик не только просьбу, но и сообщил время, когда высказывал ее. Решила не рисковать, позвоню из Константина, придется уж приятелю Гжегожа заплатить за разговор по междугородней. А то начну отсюда звонить, а полиция успеет приехать и заловит меня.