Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Ординарец дал мне наган, и я пошёл к Азину:
– Тов. Азин, мы потеряли свою часть. Где стоит штаб Н-ской Дивизии?
– Как потеряли? Расстегаи. А голову не потеряли?
Азин выругался.
Я возразил ругнёй и резко заявил:
– Нам медлить нельзя. Нас накажут, что мы отбились, но нам надо драться.
Азин стал шарить в письменном столе. Я схватился за револьвер.
Азин испытующе врезался в меня своими углями-глазами и спросил:
– А ты что-либо жрал?..
– Нет, ничего.
– Лошадь тоже не ела? – нахмурился Азин.
– Тоже.
– Дать лошади овса и свести этого на кухню к нашему котлу, – приказал Азин одному из штабных. – Постой, сказать нельзя, напишу записку, где стоит ваша часть.
Я взял записку и, всё время глядя на Азина, вышел.
Обедаю, вижу в окно, поставили шестерых у стены.
– Не высовывайся из окна, – предупредили меня.
Мне стало не до обеда. Я наблюдал и думал. Вышел Азин и захлестал сухо и коротко его наган.
Когда уезжал в окно раздался знакомый голос.
– Стой!
Я остолбенел и остановился.
– Порви записку!
Я вытащил записку и порвал её на глазах у Азина. Ударил по лошади и поскакал».
Азин зверем не был. Уничтожая всё, разлагающее красные ряды, концентрируя в себе волю сотен и тысяч красных бойцов и владея этой волей, он проявлял много добросердия и мягкости вне боя. Нередко Азин голодному красноармейцу, выбившемуся из сил, отдавал свой паёк хлеба. Помимо этого, Азин очень любил детей и часто катал их по Сарапулу на своём грузовике. В его отряде было два боевых мальчугана. (Воспоминания Котова, ред. «Красного Прикамья» и Ипатьева).
Азин пользовался необычайным авторитетом у красноармейцев, ибо красная армия видела его всегда впереди, в самых трудных участках боя, видела его бесстрашным и смеющимся. Малодушным доставалось от Азина.
Когда части Азина брали у Колчака Сарапул, Азин первый влетел в город со своей небольшой разведкой.
Невероятно, но факт, Азин выпорол во время боя целый кавалерийский полк… Полки в то время были небольшие, но всё же полк.
Когда 28 кавал. полк отступил на 1½ версты, Азин, знавший этот полк, как на ¾ анархический, поскакал в линии боя:
– Вы что, трусы?! Командиры! Спешиться, выстроить всех в ряды!
Выстроились. Азин взял нагайку и, начиная от командиров и кончая рядовыми, всех хлестанул по разу нагайкой.
Как его не растерзали за это, непонятно. Ответ, верно, в том, что Азин своей чудовищной силой воли оцепенел и подавил волю стольких людей.
Не хвалим, не ругаем Азина за этот случай, но знаем только одно, что Азин больше ненавидел панику, чем противника. Уничтожая панику, он истреблял противника сотнями и тысячами.
Дикий, ураганский Азин, из уст которого, часто срывалось «мать‐мать‐мать», «Расстреляю», оказывается, нежно любил свою жену и был к ней мягок и по-детски нежен и ласков.
Ценные воспоминания дала Надежда Дмитриевна Олушева (бывш. Сергеева). Это мнение женщины особо важно, ибо оно разбивает все сплетни об Азине «звере», «людоеде», «изверге» и т. д.
«На станции Сарапул я работала телефонисткой. Азинская дивизия стояла в Сарапуле. Азин часто приезжал на станцию, и я часто его видела. Движения его резки. Всегда волновался и кричал на всех. Часто у телефона крыл матом и, оборачиваясь к нам, говорил:
– Вам, барышня, жарко стало? Извиняюсь.
И опять в разговоре его слышалось: «Мать, мать и мать…»
Часто грозил: «Расстреляю».
Расстреливал же следующих:
В Дубровке двое «красноармейцев» изнасиловали женщину. Азин их приказал расстрелять.
К жене своей очень хорошо относился, и мы удивлялись, как такой дикий и грубый человек может так хорошо относиться к женщине.
Приехал однажды Начальник линии и Азин с ним говорил так умно и таким изящным языком, что мы невольно спросили себя: «Да Азин ли это?.. Неужели Азин может быть человеком?..»
Когда не было боя, Азин скучал и всегда вертел в руках револьвер. Часто стрелял в стены, в столбы и, когда нас бросало в жар от страха, что как-либо заденет нас, Азин неизменно спрашивал:
– Вам жарко, барышня?
Когда по телефону что-либо удачно передавалось, Азин жиденьким своим тенорком кричал в трубку: «Спасибо, спасибо, барышня!» Но чуть неудача: «Расстреляю…»
Ходил в синей борчатке, опоясанной красным кушаком, шапка чёрная, кубанка.
За пьянство бил и грозился расстрелять».
Азин был хорошим стратегом, быстро ориентировался в обстановке боя и всегда летел туда, где была опасность. Интересно, что штабной канцелярии Азин не любил. Из блокнота же его и сыпались все его приказы. Отличался большой памятью на лица. Были случаи, что раз поговорив с красноармейцем на Уральском фронте, узнавал этого красноармейца под Царицыным.