Из убийцы в мечника: Начало (СИ)

Она засмеялась будто безумная.

— Глупец сам подставивший свою душу под атаки моего копья, — она сплюнула кровь. — Теперь ты обрек себя на судьбу хуже смерти, — мне было плевать, если это значило, что я не умру сейчас-то так тому и быть.

Глаза застелила пелена, и я увидел богиню на кошачьей упряжи. Мы стояли в поле из прекрасных цветов, которые были всех известных и неизвестных мне оттенков.

— Ты поступил глупо, однако никто не вправе осуждать твой выбор, — сказало она таким же тоном, как и всегда.

— Как я смогу жить без души? — спросил я.

— Как и многие до тебя смерть не будет искать тебя покуда ты сам ее не найдешь, — загадки как я не люблю загадки.

— Не пояснишь?

— Ты не состаришься и не погибнешь как обычные смертные, — она вылезла из упряжи.

— Стало быть, я теперь бессмертен? — звучало отлично.

— Ты не жив, ни мертв ты посередине чему я неимоверно сочувствую, — в голосе почувствовалась искренность. — После того как тело падет от меча тебя ничего не ждет лишь пустота.

— Это меня не пугает, — если я уже не жив, не мертв, то пустота не страшна пустота станет избавлением после столетий скитаний. — А как ты пришла ко мне? У меня же нет души.

— Я в грезах, а грезы видят даже мертвецы, — пояснение было более чем понятным. — Однако ты встал на тропу, которая более не видна Норнам, а посему мой последний тебе дар это совет.

— И какой же? — что могла посоветовать богиня тому, чью судьбу не разглядеть.

— Если будешь существовать, во время Рагнарека не попади под копье или меч сестер убитой тобой валькирии, — она рассеялась как дымка поутру за ней поле, и я очнулся.

Каменный полоток и такой же могильный алтарь. Меня готовили к похоронам, почему то эта мысль вызвала у меня смешок. Я поднялся, оглядел тело струпья потрескались и посыпались на пол. Раны давно зажили, тело было омыто, подле алтаря были устеленные шкурами лавы. Я укутался в одну из шкур и с трудом вышел из комнаты. Суставы ныли, как и мышцы. Сколько же я пролежал вот так? Однако ответа на вопрос не было, да и откуда он у меня.

— Эй люди есть кто? — проорал я но из-за того что горло пересохло, вышел невнятный хрип.

Ответа не последовало, я пошел, по коридору опираясь на стену и, заглянув, в несколько дверей там так же были тела но уже иссохшие. Выходит меня не готовили к похоронам, а уже похоронили, а это нечто вроде склепа.

— Умер, я умер, а теперь я не жив, не мертв, — почему то это заставило меня гоготать, как ту валькирию перед смертью, однако мой смех прервался кашлем. — Дьявол нужно выбираться или пустоте не придется меня долго ждать.

Спустя пять этажей я навернулся со ступеней, в результате чего сломал несколько ногтей, но это было не самым важным, ибо я увидел, что в волосах появились седые пряди. Только этого еще не хватало теперь, я как чертов старик. Пока я кряхтел, пытаясь подняться, из-за угла показался парнишка лет, пятнадцати он выронил из рук, какие-то банки и они с треском разбились.

— Подняться поможешь? — спросил я, переворачиваясь на спину.

— В башне мертвец! — проорал он, так что я обеспокоился за судьбу барабанных перепонок.

— Не спорю, на живого я не очень похож, но уверяю, убивать тебя сил у меня не хватит, — прокряхтел я.

На его вопли сбежались несколько человек.

— О боги даже в башне, — сказал высокий темнокожий мужчина в серой робе.

— Значит, заклятие становиться сильнее и отсюда нужно уходить, — сказала девушка в синем платье с дивными черными волосами до пояса.

Еще один в такой же серой робе хотел, что-то сказать но я его опередил.

— Ага, и сжечь меня не забудьте, — мои слова заткнули их пуще любой магии.

— Мертвец заговорил? — будто не веря своим ушам, спросила девушка.

— Я мало похож на живого, — и это было, так кожа была серой, и тело было иссохшим. — Но можешь пощупать пульс, чтобы убедиться, — обратился я к девушке.

— Он действительно говорит, — констатировал чернокожий и склонился надомной. — Ты знаешь свое имя? — спросил он.

— Айдан, — максимально выразительно сказал я.

— Интересно Айдан а ты помнишь свою смерть? — выговор моего имени у него был откровенно странным.

— В ущелье подле ледяного озера, — это далось мне труднее.

— Я доставлю его к старшей, — вклинилась девушка.

— Да это разумно, — согласился темнокожий.

Она магией укутала меня в шкуру, и я полетел по воздуху, что радовало, ибо не приходилось ходить. Однако молчание напрягало.

— Где я нахожусь? — спросил я, дабы развеять молчание.

— В башне цитадели, — коротко ответила она.

— Как тебя зовут? — меня бесила ее молчанка.

— Мертвецу это знание незачем, — фыркнула она.

— Я говорю разве это не доказательство жизни?

— В тебе нет души, а значит, ты мертв, — сказала она и ускорилась.

— Жить значит осознавать себя и душа тут не причем, — это я узнал из учебника по философии, ибо он был единственным не по алхимии в доме Парацельса.

— Глупая софистика, — такой же короткий ответ.

Далее весь путь мы провели в тишине.

Спустя четверть часа мы прибыли в дорогую комнату в ней буквально все кричало о своей цене от позолоченных стен до позолоченных столов окантовкой из драгоценных камней.

Она усадила меня на стул, который по цене не уступал небольшому дворцу.