Взгляд с Лазурки

То ли LIU и историки Ковчега плохо его просчитали, то ли сам он был виноват, поскольку характер имел грубый и несдержанный. Иногда вообще даже отца напоминал, принимая совершенно непродуманные импульсивные решения. Несмотря на личную храбрость и опытность в военных делах, не получилось из него полноценного правителя. И как сам он признавался в прошлой истории брату Александру: «Не чувствую в себе ни дарований, ни сил, ни духа… неспособен я к управлению страной» (тогда речь у них шла о России, но сути это не меняет). Для справедливости следует отметить, что и материал ему достался, как бы помягче сказать, мало совместимый и почти не цивилизованный. Действительно, Восток – дело тонкое!

Зато его энергичная сестричка Екатерина Павловна преуспела и даже слишком. С греческого трона активно козни против его политики строила. И в итоге, сама приличную часть побережье Анатолии и приватизировала.

Как всегда, опять забежал вперед, вернемся все-таки к центральной фигуре – Императора Бонапарта. Личный контакт с ним у представителей РФ начался, как и в прежней истории на плоту, в шатре посередине Немана. Почему так получилось – подробно описано в третьей книге серии «И это все в меня запало и…» (ЛитРес, 2021 г.)

Эти переговоры и в новой истории остались известны потомкам как Тильзитские и тоже закончились подписанием договора о тесном сотрудничестве переговаривающихся сторон – Французской империи, которой было предложено трансформироваться в Западную (или Латинскую, как Императору будет угодно), и только что завершившего временную трансформацию Мира Ковчега. Однако на этот раз, в отличие от прежнего нежизнеспособного и вымученного искусственно, мертворожденного союза, нынешний стал совершенно реальной основой для развития этого мира.

Но условия на этот раз тактично диктовала другая сторона, может и поэтому ее представители сразу согласились с двумя предложениями Наполеона: а) о полной ликвидации Прусского королевства; б) об образовании независимого от России Польского государства. В последнем случае даже пошли дальше его варианта и вместо Варшавского герцогства предложили сразу подумать о королевстве, причем почти что в границах старой истории второй половины XX-го века (кроме всех земель Восточной Пруссии и полной территории Беловежской пущи). Надо же было в чем-то потрафить его Величеству, прямым текстом предложив в скором будущем передать польский трон его сыну от Марии Валевской, правда, еще не родившемуся. (В данном случае история повторилась. Александр Бонапарт, появившийся на свет в 1810 г., стал очень разумным польским королем.) Как бы сказал мой дед: «А куда было ему деваться то с подводной лодки?»