Разжигая пламя

Твин ощутила привычное жжение в руках. Слай тряхнул кулаком, сообщая о готовности, и сразу исчез.

— Куда это ты собрался? — хмыкнул старший.

По воздуху прокатилась волна, ветром ударив в лицо. Жжение внезапно прекратилось. Твин непонимающе глянула на ладони и, не обнаружив пламени, растерянно подняла голову. Слай обнаружился в шаге от противника. Почему его видно? Где маскировка?

— Осторожно! — крикнула она, наконец смекнув, что произошло.

Удар у старшака был поставлен что надо: Слай отлетел к стене, из разбитого носа хлынула кровь.

Казарма наполнилась весёлыми криками и свистом.

Не придумав ничего лучше, Твин со всей дури врезалась в противника, чтобы выиграть немного времени для Слая.

— Вот сучка! — здоровяк едва удержался на ногах.

Она не сводила глаз с каждого движения противника, готовая увернуться в любой момент. Старший двинулся к ней навстречу, готовясь проучить зарвавшуюся малолетку, но неожиданно замер, уставившись на что-то под ногами.

В мгновение ока всё заполнилось густым дымом, смешавшимся с криками и бранью. В горле запершило, из глаз невольно брызнули слёзы. Она уже начала задыхаться, когда чья-то рука схватила за запястье и с силой рванула вперёд.

Сперва Твин подумала, что это Слай успел каким-то чудом нацепить маску и теперь тащит её на свежий воздух, подальше от дыма, но, когда тот обернулся, она в замешательстве уставилась на незнакомые глаза цвета янтаря.

— Шевелись, — бросил он и свернул за угол.

Там уже ждал Слай в компании другого осквернённого.

— Ты как? — он повернулся к ней и шмыгнул распухшим носом.

— Что встали? — крикнул желтоглазый. — Валим отсюда!

Обогнув пристройки, они выбежали в соседний двор и проскользнули за длинное здание с выбеленными стенами.

— Два-ноль в нашу пользу, — вытащивший её из казармы стянул маску, обнажив шрам на правой стороне лица. — Ну что, новички, готовы к Стене Размышлений?

Уже через час все четверо сидели прикованные к каменной ограде и выслушивали недовольное ворчание помощника Мастера.

Так они познакомились с местным наказанием — Стеной Размышлений, нажили врагов в лице старших, ещё год достававших Проклятую Четвёрку, пока Слай, наконец, не прочистил им мозги. Но всё это было мелочью по сравнению с тем, что подарил первый день в регнумском Терсентуме — настоящую семью, от которой теперь почти ничего не осталось. Только воспоминания и невыносимая тоска о былом, о том, что уже никогда не вернуть.

Сдерживать слёзы больше не получалось. Опустившись прямо на пол, она уткнулась лицом в ладони и разрыдалась.