Небо покоряется смелым

Если каждому овощу — свое время, то каждой поре жизни — своя мечта. В детстве он мечтал стать агрономом. А когда в восьмом классе решил, что будет учителем, отец одобрил стремление сына: сеять семена знаний — такое же достойное занятие, как выращивать хлеб или виноградную лозу.

Как знать, может быть, и довелось бы Касуму Нажмудинову учить детей в одном из аулов родного края. А может быть, стал бы он агрономом или механизатором. Но чем ближе подходило время окончания школы, тем сильнее притягивало его небо. И он постепенно, но все более твердо укреплялся в мысли, что прежние увлечения были почти так же неизбежны и закономерны, как скарлатина или корь в раннем детстве. И так же преходящи. Он должен был ими переболеть, прежде чем прийти к единственно настоящему, к самому главному в жизни.

Но если в детстве никогда не виденный летчик казался Касуму существом сверхъестественным, то и теперь, чем больше мечтал он о небе, тем сильнее сомневался: смогу ли? Хорошо двоюродному брату Гаджи Асадулаеву — хочет поступать в Махачкалинский мединститут. Все ясно для Алибека Казанбиева, которого вот уже несколько лет вся школа чуточку шутливо, но уважительно величает «учителем». А он, Касум? Ишь, куда замахнулся! Ребята, чего доброго, на смех поднимут, а вот отец — тот ни за что не согласится: мало тебе дела на земле предков?! И трудно сказать, какой путь выбрал бы он в жизни, как бы сложилась его судьба, если бы не помог случай.

…Десятиклассники школы аула Арани готовились к выпускным экзаменам. Касум занимался вместе с Магомедом Алибековым, Нури Камаловым, Алибеком Казанбиевым. Ребята не зря тянулись к Касуму — он хорошо знал и алгебру, и геометрию, и физику. Как-то Алибек пришел на занятия непривычно взволнованным и с места в карьер выпалил:

— Слышали новость? Магомед Казанбиев из Арадериха поступил в летное училище!

Вот это была действительно неожиданность! Касум почувствовал, как кровь мгновенно прилила к щекам: неужели Магомед Казанбиев станет летчиком? Так ведь он — самый обыкновенный парень, каких десятки в окрестных аулах. Учился, правда, лучше многих сверстников, но ведь и в табеле Касума за десятый класс только четверки и пятерки. Магомеда считали хорошим спортсменом, однако и Касум увлекался волейболом, легкой атлетикой. Значит, если приняли Магомеда, это возможно для таких простых, ничем не примечательных парней.

Радость переполняла его. Решено, он тоже поступит в летное училище. Как и Магомед Казанбиев, будет военным летчиком. Однако ожидало Касума горькое разочарование. В райвоенкомате его заявление не приняли:

— Маловат ты ростом для летчика, — решительно отказал военком, — вот в пехотное училище — пожалуйста, возьмем…

А отец по-прежнему настаивал, чтобы сын пошел по его стопам, выращивал бы хлеб на родных полях. И поступил Касум на подготовительный факультет сельскохозяйственного института. Теперь он слушал лекции о земле, но все мысли его, как и прежде, были прикованы к небу. И чем дальше, тем больше проникался он сознанием, что если останется в институте, то безвозвратно может потерять свое место в жизни, о котором так жарко мечтал последнее время.