Сюрприз в рыжем портфеле
- Автор: Егоров Борис Андрианович
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Юмористическая проза
Электронная книга - «Сюрприз в рыжем портфеле». Краткое содержание книги:
В издательстве «Советский писатель» вышли его книги: «Капля внимания», «Происшествий не случилось», «Маски», «Ангел в командировке».
Работы Б. Егорова были высоко оценены критикой и отмечались премиями «Литературной газеты», Союза журналистов СССР. Он — лауреат Международного конкурса юмористического рассказа имени Алеко (Болгария).
В настоящий сборник входят три повести: «Сюрприз в рыжем портфеле», «Пирамида Хеопса», «Письма Сынулина», сюжетной линией которых является деятельность вымышленного учреждения УКСУС, а также рассказы и фельетоны.
Естественно, в сборнике собраны самые удачные, самые веселые рассказы и фельетоны, прошедшие проверку временем, получившие высокие оценки и отклики читателей и критики.
Вот до чего додумались люди — на быках скачки устраивают, воду на руки льют, кольца обручальные надевают. Впрочем, кольца — это что! Примитив. В Японии молодые вместо обручальных колец обмениваются водорослями и рыбой.
Что после всего этого оставалось делать Ксении Петровне Гречишниковой? Другой растерялся бы на ее месте: все уже придумано, все было. Но она, как видно, нашла свое, родное.
Груздев слушал Гречишникову и кивал. А потом спросил между прочим:
— Ну, а с будущими молодоженами вы говорили? Они согласны?
— Нет, мы только со Свинцовским обменивались, — сказала Гречишникова. — Но Ромашкин согласится: участникам комсомольской свадьбы обычно дают квартиру. Сейчас я с ним поговорю.
Разговор с Костей протекал на месткомовской территории в задушевно-ласковом плане.
— Изобретательно составлено, — заметил Ромашкин, прочитав программу свадьбы. — Ритуал очень торжественный.
— Вы не против?
— Нет. Можно было бы даже что-нибудь добавить…
— Ну, это в рабочем порядке.
Эх, Ромашкин, Ромашкин, будет тебе сцена у фонтана за то, что ты пошел на такую свадьбу. Но ты, конечно, успокоишь Люсю-Милу. Ты скажешь: «Не волнуйся. Без приключений жить нельзя. Ну пусть они пока побегают. Посмотрим, во что это выльется. А потом что-нибудь придумаем».
…Ксения Петровна беспокойно взглянула на часы.
— Ай-яй-яй. Уже три! Как время идет! Ничего не успеваю.
В общий отдел она вернулась вместе с Ромашкиным.
Сотрудники оживленно беседовали, обсуждая, как оформить юбилейную выставку.
— Тихо! — скомандовала Гречишникова и, достав книгу, вложенную в капроновые корочки, углубилась в чтение.
Минут пятнадцать стояла тишина. Потом Ромашкин спросил:
— Что читаете? Гречишникова ответила:
— «Исторический материализм»… Здорово этот самый Кант… И Фейхтвангер тоже вообще, то есть Фейербах…
Тут появилась курьерша Полина и сказала, что Гречишникову вызывает Груздев.
Едва Ксения Петровна закрыла за собой дверь, как Ромашкин был уже у ее стола. Заглянув в книгу, он вслух прочитал:
— «В эту минуту вошла Валентина, и приветствия возобновились.
— Дорогой друг, — сказала баронесса, меж тем как девушки взялись за руки, — я приехала к вам вместе с Эжени, чтобы первой сообщить вам о предстоящей в ближайшем будущем свадьбе моей дочери с князем Кавальканти»…
— Если это «Исторический материализм», то что же тогда «Монте-Кристо»? — прокомментировал Ромашкин.
Сотрудники общего отдела, рыдая, упали на столы.
— Спокойно, — сказал Костя и, взяв председательский колокольчик, которым Гречишникова пользовалась на собраниях, позвонил.
Отдел затих. Ромашкин, подмигнув товарищам, исчез из комнаты. Через несколько минут он уже снова был у того же стола. С книжкой в руках. С «Историческим материализмом». Вслед за тем «Монте-Кристо» перекочевал в шкаф а в капроновые корочки Костя вложил книгу-только что принесенную из библиотеки.
Когда Гречишникова возвратилась от Груздева, подчиненные уткнулись в свои столы, осторожно кося глазами в ее сторону.
Ксения Петровна попыталась было продолжить чтение, но вдруг вся побагровела.
— Кто взял книгу? — задыхаясь спросила она.
— Какую? — с наивной улыбкой спросил Ромашкин. — «Исторический материализм»?
Гречишникова шумно прошла по комнате и резко хлопнула дверью.
А через несколько секунд она уже была в кабинете Груздева. Голос ее сбивался на визг:
— Петр Филиппович, эти мальчишки… эти мальчишки… Так шутить со мной, женщиной, с председателем месткома!
— Успокойтесь, Ксения Петровна, успокойтесь, — мягко сказал Груздев. — Что-нибудь случилось? Ох! Я же говорил: сегодня какой-то странный день. Ну, рассказывайте…
— А, ладно! — махнула рукой Гречишникова.
— Ну, если ладно, тогда и разговора нет, — быстро согласился Груздев. — Тогда у меня к вам, Ксения Петровна, есть вопрос: что, если тарификацию подчинить транспортизацией?
А тем временем юбилейный маховик набирал обороты; в воздухе все явственнее пахло наступающим праздником, премиями, дерматиновыми папками, в которых обычно преподносят поздравительные адреса.
Чарушин не отходил от аппарата.
— Что в детском саду?
— Порядок, товарищ Чарушин. Малыши под руководством педагога разучивают приветствие.
— А хорошо выходит?
— Честно говоря, не очень. В фамилии товарища Груздева «эр» не получается.