История одного мира. Часть I

До дворца детектив добрался даже быстрее, чем планировал – в это время на мосту совсем не было транспорта. Там, где переправа проходила через защитный купол, высились Озёрные Ворота – исполинское сооружение из того же сверхпрочного стекла, что и Галактика Памяти. Сами ворота сейчас были распахнуты настежь, но путь преграждали стоящие клином боевые галеры королевской гвардии; их мощные пушки все до одной автоматически навелись на подлетающий крохотный космолет капитана. Выкрашенные в цвета Унгурабутов остроносые тяжело бронированные космолеты с плазменными орудиями, торчащими над кабинами, и просто со стороны выглядели внушительно, но когда шесть таких орудий повернуты в твою сторону, очень хочется тут же исчезнуть куда-нибудь подальше. Переборов легкий укол страха, капитан снизил скорость и остановился перед заставой, поднял колпак кабины и представился. Один из гвардейцев, проверив жетон и документы полицейского, повернулся к своим и махнул им, чтобы пропустили. Оставив позади ворота, Джуджур облегченно выдохнул; до мраморной стены дворца он добрался без приключений. По всей прилегающей к дворцу территории сновало множество людей, в большинстве своем полицейские и гвардейцы. На лужайке перед парадным входом были припаркованы разномастные полицейские космолеты – судя по всему, здесь уже была половина центрального управления. Капитан опустил свой трясущийся и чихающий двигателем аппарат рядом с таким же стареньким двуместным космолетом лейтенанта Хира и быстрым шагом, почти бегом, через залы и коридоры дворца направился в покои королевы-матери. Зная, насколько легко заблудиться в огромном здании, капитан попросил одного из гвардейцев, стоявших на охране, проводить его до нужной комнаты. Тот пробурчал что-то про бестолковых полицейских, но просьбу выполнил.

Когда Джуджур вошел в покои Меларии, первой его реакцией было выбежать обратно в коридор. Он почти сразу сумел совладать с этим порывом, но чувство тошноты никуда не делось.

Обнаженное тело пожилой дамы было распято между столбиками балдахина, привязанное к ним за конечности. Вернее, даже не столько тело, сколько то, что от него осталось. Живот был вспорот, и все внутренности вынуты. На лбу алела страшная рана – вырезанный на коже символ бесконечности, перевернутая на бок восьмерка. По шее шел тонкий разрез.

Пропавшие внутренности найти оказалось несложно – они были аккуратно разложены на полу. Приглядевшись, капитан различил в этой мерзкой куче все тот же знак бесконечности, выложенный кишками. Но даже больше всего остального в глаза бросалась крупная надпись на панорамном окне, сделанная, судя по всему, кровью жертвы, и снова тем же руническим письмом, как и на теле Рора Аргомантиса. Что ж, придется снова проконсультироваться у молодого лорда Кевара. Стоит признать, что вчера он произвел на капитана весьма положительное впечатление – умный, скромный, сдержанный. Возможно, он сможет даже как-то помочь расследованию, тем более что у него были на то и основания, и, судя по всему, навыки. В условиях катастрофически ограниченных ресурсов Теманову просто больше ничего не оставалось, кроме как прибегнуть к помощи постороннего человека. Потому Джуджур сделал несколько снимков надписи встроенной в шлем камерой и переслал по личному каналу Аргомантису. Тот не отозвался сразу, чего и следовало ожидать в столь позднее время, и Джуджур сосредоточился на осмотре места преступления и опросе двух молодых испуганных гвардейцев, которые и обнаружили тело. Детективу предстояло много работы.